Библиотека

Охота на Джека-потрошителя стр. 151

Размер шрифта
-
+
Тема

переходов, чем королева у себя во дворце. Я кивнула головой.

– Как-то летом, несколько лет назад, я нашел карту этого имения в Торнбрайере, – сказал он, пожимая плечами. – Отец уже злоупотреблял опиумом, поэтому ночью я добавил еще наркотика в его бренди. Было несложно добиться того, чтобы отец спал крепко и не знал о том, что я хожу в его драгоценный кабинет. Что значит для наркомана еще чуть большая доза опиума?

– Ты… давал отцу опиум, зная о последствиях? – стиснув зубы, я смотрела, как брат подошел к столу с сердцем, которое продолжало работать от пара. Во мне нарастало желание закричать, но я приказала себе молчать. Натаниэль взял из набора медицинских инструментов под столом скальпель, потом положил его рядом с органом. Он вынул еще один футляр и выложил в ряд несколько зажимов и болтов.

Кусочки головоломки наконец-то встали на место.

Натаниэль был единственным – кроме отца, – кто умел мастерить такие сложные игрушки с паровым двигателем. Еще ребенком он проводил вместе с отцом каждый вечер, наблюдал и учился у лучшего мастера. Потом еще он недолго изучал медицину до того, как переключился на изучение юриспруденции. Оба его предыдущих увлечения развили в нем сообразительность. И точность.

Пока я пыталась примирить образ любящего брата, которого знала прежде, и чудовища, которое стояло передо мной, он зажег на столе горелку, разогрел металл и вставил болты в зажимы так ловко, будто всю жизнь этим занимался.

Еще одно воспоминание всплыло в моей памяти. Брат встревожился, когда обнаружил, что я пробралась в кабинет отца. Я тогда подумала, что он беспокоится обо мне, заботится, чтобы отец не узнал, что я рылась в его вещах. А в действительности Натаниэль беспокоился, не обнаружила ли я его тайную лабораторию.

Натаниэль бросил на меня взгляд, улыбаясь как безумец, и продолжал трудиться над своим новым изобретением. Я молча наблюдала, как он сооружает металлическую клетку, и по-прежнему плохо соображала. Логика подсказывала мне, что необходимо думать и действовать быстро, но мое тело словно было налито свинцом и раздавлено отчаянием. Я не могла шевельнуться.

– Это пойдет в полость грудной клетки мамы. Я собираюсь защитить ее новое сердце, – он несколько раз кивнул сам себе. – Считай это чем-то вроде искусственной грудной клетки.

Мое тело наконец освободилось от шока; холод погружал кончики своих пальцев в ведра со льдом, а потом быстро водил ими по моей спине. Все получило разумное объяснение. Его испуг, когда инспектор появился вместе со мной у двери после того, как убили уволенного отцом кучера. Такой же застывший от страха взгляд я видела у него, когда суперинтендант Блэкберн подошел к нам в цирке.

Миллион доказательств я видела своими собственными глазами, но предпочитала их игнорировать.

Мой брат всегда был добрым и чувствительным. Это я была чудовищем. Это я пыталась добыть тайное знание из мертвой плоти. Как я не увидела в нем того же любопытства? Ведь нам досталось одно и то же наследство.

Он поднял устройство к сердцу, работающему от пара, проверяя его размеры; он смеялся каким-то безумным мыслям и что-то бессвязно бормотал. Я больше не могла игнорировать его болезнь.

Когда металл остыл, Натаниэль осторожно поместил сердце внутрь грудной клетки, затем соединил металлические части новыми болтами.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.