Охота на героя стр. 250
играть в истребителя чудовищ? Ты, кстати, обратил внимание, что они больше похожи на голливудских монстров, чем на настоящие живые существа? С чего бы это?»
Их пропустили к дому беспрепятственно. Уже у забора альв замер и отчаянно выругался: калитка оказалась сломанной и висела на одной петле.
— Входим, — скомандовал Дрей. — Мало ли, может, вечером сломали, а починить не успели.
— Так сам ведь не веришь, — заметил Ниргол. А потом совершенно без всякого перехода: — Брата жалко. Он бы и так долго не прожил, а без меня и вовсе…
— Глупости, — отрезал Дрей. Бессмертный подошел к окну, подергал ставень — тот скрипнул и отвалился
с сухим бряцаньем. Дрей взглянул на осколки стекла, вернулся к альву: — Бестии, похоже, нас испугались, так что до утра продержимся, а там…
Ниргол покачал головой:
— Ой, парень, ничего-то ты не понял. Как же, испугались бестии, держи карман шире! Они ж разумные, пускай даже и мыслишек у них раз, два и обчелся… Ведь мыслишки эти у них об одном — о том, чтобы нас с тобой растерзать. Понимаешь, есть альвы, которым нравится музыка, и гномы, которым нравится копаться в земле. Они получают от этого удовольствие. А бестии получают удовольствие от того, что терзают живую плоть.
— Хватит. — Дрей взялся за дверную ручку и посмотрел на альва. — Входим в дом.
Петли скрипнули, но подчинились. Хотя в сенях было темно, бессмертный почувствовал, что опасности здесь нет.
— Останься у входа, — попросил он. Потом рывком распахнул дверь, ведущую из сеней в дом.
А вот здесь тишина была другая. Она дышала, словно живая, медленно так дышала, осторожно. Кажется, могла бы — не дышала вообще.
В комнате было темно. Через единственное окно, освобожденное от ставня, сюда лился блеклый лунный свет, но недостаточно, всего-то — неширокой хрупкой дорожкой. Дрей постоял в проеме, пытаясь привыкнуть к темноте и рассмотреть то, что находится в комнате. На это ушло несколько долгих минут. Ниргол взволнованно спросил, в чем дело, и бессмертный объяснил не шевелясь.
Все-таки что-то здесь было не так. Но ведь стоя на пороге не узнаешь, в чем дело. Дрей шагнул в комнату — и сразу же отпрыгнул в сторону. Ничего. Только скрипнули половицы под тяжестью его тела.
Бессмертный подошел к ближайшему окну и ударил рукоятью кинжала по стеклу. Звякнули, падая на пол, осколки, покачнулись и обвалились наружу ставни. Как раз в этот момент на него прыгнули.
Это не было неожиданностью, просто Дрей не успевал упредить атаку. Он машинально прикрылся мечом, шагнув в сторону. Бестия промахнулась и злобно залепетала на непонятном языке. Потом начала медленно идти к нему. Дрей внимательно следил за ее движениями, хотя больше всего ему хотелось сейчас взглянуть наверх. «Где же она пряталась? И сколько еще их там осталось?»
Тварь постепенно оттесняла бессмертного к центру комнаты — подальше от двери и Ниргола. А тот уже сделал именно то, чего нельзя было делать ни в коем случае. Альв вошел в дом и запер за собой дверь. Теперь он стоял в дверном проеме, глядя, как между двумя лунными дорожками двигаются Дрей и бестия.
Закрытая дверь послужила сигналом, и еще два чудовища спрыгнули сверху, чтобы присоединиться к этому своеобразному хороводу.
— Ниргол, — сказал