Охота на героя стр. 384
дымка уже сомкнулась, и теперь Дрей шагал наугад, втайне надеясь, что под ногами не окажется какой-нибудь среднестатистической пропасти глубиной эдак метров на двадцать — двадцать пять.
Нет, ничего такого там не оказалось. Зато обнаружилась та же самая тропа, с которой он уже дважды начинал свой путь на ту сторону завесы. Обидно, но ничего страшного. Дрей попытается снова. И будет пробовать столько раз, сколько понадобится, чтобы дурацкая пелена уяснила: легче пропустить странного альва на ту сторону, чем противостоять ему.
…В конце концов бессмертный таки оказался на той стороне. Сначала он даже не понял, что произошло — просто тропа, на которую он возвращался уже Создатель ведает сколько раз, вдруг изменилась. А потом выяснилось, что изменилась не тропа — это завеса не рискнула играть с ним далее в игры, сдалась.
Поскольку небо уже начало темнеть, Дрей поспешил прочь от туманной пелены, чтобы подыскать место, где можно будет остановиться на ночь. Испытания на терпеливость измотали его, и теперь единственным желанием бессмертного было лечь и уснуть. Наступит завтра, тогда и решим, что делать дальше.
2Проснувшись рано утром, Дрей посмотрел на мутное солнце, завязшее, как в трясине, в сероватом небе, и подумал, что отыскать причину появления завесы будет не так-то просто. Он ведь даже не знает, как далеко простирается эта живая, даже излишне, стена тумана. Тем более что…
Бессмертный так и не успел додумать мысль до конца — помешали. Откуда-то сверху по корявому склону горы слетел на тропу и удивленно заклекотал грифон, топорща шерсть и перья, размахивая крыльями и щелкая клювом. Это так напоминало случившееся когда-то с Дреем (в этих же самых горах, между прочим), что он вместо того, чтобы испугаться, расхохотался.
Грифон ошалело зыркнул на него, перестал выказывать недовольство и даже опустил крылья.
— Это ты? — осторожно поинтересовался он.
— Ага, — весело подтвердил Дрей. — Несомненно, я.
— Тогда понятно, — заявил грифон.
Он был еще молод, хотя
и очень грозен на вид. Естественно, если подсчитать… все правильно, он и должен был быть молодым.
Дрей посмотрел на своего старого знакомца: а ведь трудно узнать в нем того маленького оторопелого детеныша, который растерянно пищал и хорохорился, а потом уснул прямо на куче нарубленных веток. Теперь грифон вырос, его тело поменяло свой цвет, клюв приобрел ту увесистую мощь, с которой вынуждены считаться многие крупные хищники. Когда-то подобное Дрей испытал на собственной шкуре, но сейчас не чувствовал к старому знакомому неприязни — скорее уж наоборот.
— Отец почти ничего мне не рассказывал, а потом… в общем, спасибо, что тогда помог им меня найти, — грифон улыбнулся той неуловимой птичьей улыбкой, которую сложно разглядеть и, кстати, еще сложнее счесть доброжелательной, пусть она даже и является таковой. — Да, меня зовут Кэр-А-Нанг.
— А меня Дрей. — Бессмертный махнул рукой. — Ты чего такой воинственный?
— Да так… — Кэр-А-Нанг потупился. Потом признался: — Очень уж необычно, чтобы кто-нибудь появлялся в этих краях. Тем более альв.
— И что ж в этом необычного?
— Из-за завесы еще никто не приходил, — пояснил грифон. — Ты — первый.
— Та-ак, и что же ты знаешь о завесе?
— Почти ничего.
— Ну откуда она хотя бы взялась, знаешь?
Кэр-А-Нанг рассмеялся:
— А-а, ты об этом! Откуда взялась, знаю. Из Свакр-Рогга.
«А