Охота на князя Дракулу стр. 156
я все еще с трудом могла себе представить его убивающим студентов или кого-то другого.
– Сожалею, но время, отведенное под урок, закончилось. В свете последних событий я решил, что это ваше последнее занятие перед Рождеством, – сказал Молдовеану, когда раздался бой часов. – Занятия возобновятся двадцать шестого. И не испытывайте мое терпение – я не люблю опозданий.
Глава тридцать шестая
Династия Басарабов
Вестибюль
Foaier
Замок Бран
22 декабря 1888 годаНа следующее утро мы с Томасом встретились в вестибюле, готовые отправиться в Бухарест. Ной и Киан попрощались с нами и исчезли в столовой, и я погрузилась в размышления о том, застанем ли мы по приезде Дачиану. Как только у нас появились подозрения относительно Иляны, Томас сразу же написал сестре, но она не ответила. Вдруг она ранена или, хуже того… я просто не могла позволить себе думать об этом.
Томас не мог стоять спокойно, все его внимание было приковано к небольшому окошечку возле двери. Наш экипаж должен был подъехать с минуты на минуту. Я прикрыла глаза, изо всех сил стараясь не вспоминать, как выглядело тело Анастасии. Следы когтей и укусов покрывали его сплошняком, так, что ее было трудно узнать. Эти летучие мыши, целиком скрывшие ее тело… Меня словно обожгло. Надо было выбраться наружу
до того, как мне станет дурно.
Я пролетела мимо Томаса и дернула дверь, распахнув ее и захлебываясь холодным воздухом. Свежий аромат сосен притушил пылавший в груди огонь. Едва показавшееся из-за горизонта солнце пряталось в тучах, ночной холод вырастил над парадным входом сосульки, похожие на клыки. Размеренно падал снег. Холод привел меня в чувство.
– С тобой все в порядке? – Позади меня вырос Томас, озабоченно наморщив брови. Я кивнула.
– Мне было нужно на воздух.
Томас перевел взгляд на дорогу, снова погружаясь в свои мысли. Мы оба закутались в самые теплые плащи, надев под них несколько слоев одежды, чтобы справиться с зимней непогодой. Плащ Томаса был черным как смола, с меховым воротником того же цвета. Молодой человек застыл, глядя в никуда, крепко стиснув зубы. Мне сложно было представить, что творится в его голове.
Я сунула руки в муфту, висящую на груди.
– С чем бы мы ни столкнулись, мы с этим справимся. Я с тобой, Крессуэлл.
Томас переступил с ноги на ногу и подышал на руки в кожаных перчатках, подняв вокруг пар, подобный лондонскому туману.
– Я знаю.
На его лицо вернулась знакомая холодность. Это был тот самый Томас Крессуэлл, которого я увидела в Лондоне в нашу первую встречу. Молодой человек, который не позволил бы никому или ничему подойти слишком близко. Тот самый, кто чувствовал все слишком глубоко. Тогда, много месяцев назад, Лиза была права даже больше, чем могла себе представить. Томас не позволял к себе приблизиться, чтобы его не могли ранить. Он не был холодным или жестоким – даже близко не стоял рядом с родственниками, сравнения с которыми он так боялся. Он был ранимым и точно знал, где его слабые точки. Но он был готов перевернуть мир, чтобы помочь тем, кого любит.
– Томас, я…
Элегантный черный экипаж, запряженный рослыми горделивыми лошадьми, остановился перед нами, и не менее рослый и горделивый возница с подчеркнутой любезностью распахнул