Охота на князя Дракулу стр. 159
самом деле охотимся за Дачианой? Неужели мы опять обманулись? Вдруг ее на самом деле не удерживают насильно и не защищают. Что, если она сама стоит за всем происходящим? Если дворянские семьи были членами тайного общества с момента его основания, как утверждал Раду, она вполне могла в нем состоять. Но допустили бы они в свои ряды молодую девушку?
Ветер взвыл, словно от боли, и невидимые волоски на моей шее и руках встали дыбом. Мне было сложно бороться с мыслью о том, что нас везут навстречу нашему концу. Замок князя Дракулы замер в злорадном ожидании, когда мы остановились перед воротами. Казалось,
академия с нетерпением ждет возможности вонзить в нас зубы.
Глава тридцать седьмая
Полная комната подозреваемых
Обеденный зал
Salâ de mese
Замок Бран
22 декабря 1888 годаОгоньки свечей нервно подрагивали в люстре, висящей над нашими головами, а мы в напряженной тишине ожидали изменений в ситуации с нашей вынужденной изоляцией.
Из забранного решеткой вентиляционного отверстия доносился аромат корицы: на кухне что-то пекли. Слишком приятный запах для бури, что сейчас в буквальном смысле слова разыгралась за стенами замка и фигурально бушевала внутри его стен. Директор Молдовеану, стоя в тени у дверей в обеденный зал, шептался с Данешти, Перси и Раду. Наш профессор фольклористики время от времени принюхивался; аромат любимых булочек в сахарной глазури явно заставлял его отвлекаться. Молдовеану, на лице которого читалось желание убивать, прищелкивая пальцами, слушал, как Раду бормочет извинения.
Я оглядела комнату в попытке найти библиотекаря, но Пьер явно отсутствовал. А странно – ведь было сказано, что все находящиеся в замке обязаны присутствовать на этой встрече. Теперь я подозревала всех.
Я осмотрела все столы, изучая своих соучеников. Перед Винченцо и Джованни больше не лежали раскрытые медицинские журналы. Братья напряженно сидели плечом к плечу и молчали. Эрик, Киан и Ной тихонько обсуждали исчезновение Николае, время от времени поглядывая на директора. Никто не знал, что делать в нынешней ситуации.
Я старалась не обращать внимания на мертвую тяжесть в груди, то острое ощущение утраты, что возникало всякий раз, когда я украдкой смотрела на пустующее кресло Анастасии. Я до сих пор не могла поверить в то, что моя подруга ушла навсегда. Что кто-то погасил столь яркий свет. Уверена, что останься она в живых, то правила бы миром.
И ради чего ее убили? Она не была связана кровными узами ни с Дракулой, ни с домом Басарабов. Я до сих пор не знала, добралась ли она туда, куда планировали идти, или ее убили до того, как она смогла изучить новую зацепку, и это незнание сводило меня с ума.
Как бы я хотела поговорить с ней до того, как она ушла! У меня не было ни малейшего представления, что же такое она знала об Ордене, что это оказалось для нее смертным приговором.
Гнев медленно, словно масло, просачивался внутрь, замещая собою опустошенный источник скорби, по мере того как я позволяла его огню разгореться. Я презирала убийство и все, что оно отнимало как у своих жертв, так и у людей, что остались с этим жить. Я не позволю, чтобы в этом замке еще кто-нибудь умер. Больше ни один студент и