Охота на Химеру стр. 103
такой легкостью Химера подключилась к их каналу и смоделировала его голос — кто мешает Фениксу проделать то же самое? Вообще, можно ли теперь доверять связи? Но озвучивать эту мысль сейчас явно не стоило.
— Дальше по плану, — он наблюдал, как бойцы проникают на самый нижний этаж, пользуясь отверстием, прорезанным в крыше лифта, и, наконец, последовал за ними сам.
Бункер полностью соответствовал описанию — тут ничего, похоже, не изменилось с момента ухода Лескова и Химеры. Две двери, обе чуть приоткрыты. Тело охранника возле одной из них. И полная тишина.
Отряд двигался слаженно и бесшумно. В оба бункера вошли одновременно, прикрывая
друг друга. Тот, куда Омский затащил Виктора, был по–прежнему пуст — за исключением вполне ожидаемого трупа. А вот второй…
Грачев медлил с атакой, пока из первой комнаты вытаскивали тех, кому повезло выжить и пока двое бойцов выполняли приказ, отданный еще до начала операции. Потому что если Феникса уничтожить не удастся — приказано было взорвать здание. И сейчас во второй бункер загрузили достаточное количество взрывчатки, а сам бункер запечатали. Страховка на случай, если они не вернуться. Или если не сумеют справится с тем, что их ожидало. Менее, чем через сутки здание будет уничтожено и вместе с ним — Феникс. Грачев слегка ухмыльнулся — тот, кого они искали, был где–то совсем рядом. А противника ни в коем случае не стоило недооценивать — достаточно было вспомнить, как легко и быстро их загипнотизировали.
Обе двери вылетели одновременно. Грачеву хватило одного взгляда, чтоб понять, что в первом небольшом помещении располагалось что–то вроде пульта управления. Комната была абсолютно пуста. А во второй…
Вторая представляла из себя лабораторию — огромное помещение, вдоль стен которого находилось множество приборов. На столе, опутанный проводами, лежал человек, которого он сразу узнал — именно его им приказали доставить живым — даже рискуя жизнью членов отряда. А в углу, настраивая какой–то прибор, стоял еще один человек. Верней, не человек.
Лавирин ничуть не изменился — Грачев видел его фотографии. Причем он не обратил на ворвавшихся никакого внимания, продолжая заниматься каким–то своим делом. Крик «Руки за голову!» был тоже им проигнорирован — как будто штурмовиков он не видел и не слышал. Или не считал нужным отвлекаться на такую ерунду.
Грачев с еще одним бойцом принялись освобождать от проводов Царева, а царящую тишину разорвали автоматные очереди — Феникса следовало уничтожить. И только тут почти до всех сразу дошло, почему Лавирину было столь мало дела до их присутствия. Пули просто рикошетили — теперь было видно, что его тело облекает, переливаясь всеми цветами радуги, мутноватая планка, вид которой сразу заставил вспомнить Завесу. Феникс позаботился о том, чтобы защитить свое тело.
Когда пули раздолбали прибор, с которым он возился, Лавирин медленно повернулся к ним. Его лицо совершенно не имело выражения — абсолютно равнодушная маска. Грачев ожидал чего угодно — но только не того, что произошло на самом деле. Дождавшись, пока автоматные очереди стихнут, он совершенно спокойным голосом поинтересовался:
— Вы привели ее?
Наблюдая краем глаза, как его бойцы вытаскивают из помещения Царева, Грачев прикидывал, что ему делать. Вести переговоры его явно не уполномочивали, но, похоже, Феникса вряд ли возьмет даже