Охотник стр. 58
зенита, вихревые сани появились снова — возвращались по своему следу на север. Много бы дал Финн за то, чтобы узнать, что думали чужаки о телах, которые они нашли на лесной поляне — если, конечно, они вообще что-то думали. Но было не похоже, что они склонны проводить интенсивные поиски в этом районе: через некоторое время крылатый шпион тоже прервал свой плавный круг и медленно скрылся из виду на север.
На всякий случай Финн настоял на получасовом ожидании, несмотря на гулкое возражение Медведя. Но ни сани, ни крылатые существа не вернулись.
— Ну, что я говорил, — сказал Медведь, когда они выбрались из чащобы. — У Рабовладельцев нет ни капли воображения. Голые факты — вот все, что они знают. И они не могут предположить, что случилось, потому что не знают, как предполагать.
На этот раз Финн без труда взял след. Ему нужно было проследить трое вихревых саней, причем двое последних прошли по одному маршруту туда и обратно. Тем не менее Медведь дивился тому, что Финн знает, куда идти. Несколько раз Финн показывал ему знаки, которые для него громко кричали согнувшаяся ветка молодого кустарника, легкая ссадина на коре молодого деревца. Но Медведь только озадаченно хлопал глазами. Насколько он мог видеть, все ветки росли в самых различных
направлениях, а на древесных стволах были самые разнообразные отметины. Для Медведя то, что делал Финн, носило легкий привкус магии — особенно, когда тот проделывал это, не снижая легкой трусцы, скользя по подлеску, словно того вовсе не существует.
Через несколько часов их бег замедлился. Пошли широкие открытые, залитые солнцем пространства, где лишь изредка встречались рощицы деревьев, большей частью вечнозеленых, да кустарник, сбившийся в кучки то тут, то там среди грубой травы. Хотя деревья теперь не мешали, идти легче не стало. Земля была грубой и неровной, вздыбливалась холмами и буграми, а сквозь грязь проступали выходы скальных пород.
Солнце клонилось к западу, на небе не было ничего, кроме редких клочков облаков и девственная природа оставалась нетронутой машинами чужаков. Финн вприпрыжку взбегал на пологий склон, испещренный обломками камней и купами елей, по согретой солнцем траве, и на него вдруг снизошло какое-то спокойствие, умиротворенность, расслабляющее чувство.
Но на вершине холма мирная передышка кончилась.
Там, вдали, сквозь деревья, в солнечном свете блеснул металл.
Медведь увидел тот же блеск. Безо всякого предупреждения он упал, а Финн прижался к земле и последовал за Медведем в укрытие. Около километра они продвигались украдкой. Финн держал свое огненное копье наготове и старался, чтобы между ними и источником вспышек всегда были деревья.
Наконец они доползли до довольно большой рощицы деревьев и смогли рассмотреть другой, более пологий и поросший травой холм.
— Вот она, база, — пробормотал Медведь.
Финн кивнул, изучая здание. Но потом его взгляд метнулся в сторону. С дальней стороны холма, из-за здания, появилась группа людей.
С такого расстояния даже острые глаза Финна не могли рассмотреть лица. Но безо всякого труда он разглядел, что часть из них были людьми, а остальные принадлежали к дьявольскому племени, которое называлось "Братья по крови". Тут еще одна толпа перевалила через холм. На первый взгляд, там было 60–70 человек и не менее двух дюжин Братьев по крови.
Обе