Охотник стр. 78
лесу крадучись, как кошка. А решающим условием была осторожность. Несмотря на то, что все существо Финна жаждало немедленно выжечь огненным копьем дверь здания, он все же оставался лесным жителем. Его желание изучить каждый сантиметр территории, на которой придется сражаться, было инстинктивным.
Медленно и осторожно они продолжали идти по кругу. Через каждые несколько минут Финн покидал Медведя, предупреждая его, чтобы тот стоял тихо, а сам исчезал во тьме, стараясь подползти поближе и изучить залитое лунным светом здание с разных точек. Потом он снова появлялся и они продолжали двигаться.
После нескольких таких набегов Медведь, наконец, поверил, что Финн не собирается рисковать своей шеей и врываться очертя голову на базу. Но вскоре Финн осмотрел базу с тыла и вернулся с новостями, которые Медведь не счел хорошими.
— Они что-то там копают, — прошептал он, — на южном склоне холма. Пойду, взгляну.
— И я тоже, — тотчас сказал Медведь.
— Там практически негде укрыться, — сказал Финн. — Крылатый шпион сразу же засечет тебя. Жди меня здесь.
— Нет, Финн, — начал Медведь.
Поздно… Там, где только что стоял Финн, остался лишь прохладный ночной воздух.
Медведь рискнул пройти вперед, стараясь ступать медленно и осторожно, шаг за шагом, надеясь не шелестеть травой или не задеть веточку. Через некоторое время он почувствовал, что начался подъем. Опустившись на четвереньки, он осторожно прополз несколько шагов и выглянул из-за укрытия.
Широкий пологий склон холма, как и говорил Финн, был почти обнажен всего несколько невысоких деревьев, да жалкие клочки глубокой тени возможно, низкорослые кустарники. И никакого следа Финна. Медведь приглядывался, пока у него не заболели глаза, прислушивался, пока ему не показалось, что уши растянулись, как резиновые. Но ночь оставалась такой же беззвучной, как сама луна.
Потом что-то промелькнуло. Движение длилось не более мгновения ока и поэтому Медведь не был уверен, что он что-то видел. Но то, что он видел, походило на голову и плечи человека, высунувшегося на краткое мгновение из травы на полпути до вершины холма: лунный свет засиял на соломенной копне волос. Финн каким-то образом ухитрился проскользнуть по голому склону, не задев ни травинки.
Через, как ему показалось, несколько часов. Медведь все еще лежал скорчившись за елью и скрежетал зубами от разочарования и безысходности. Как это уже бывало раньше, он чуть не взревел во всю мочь от неожиданности, когда Финн коснулся его плеча.
— Наверное, я никогда не привыкну к этому, — проворчал он, пытаясь успокоить расходившиеся нервы.
Финн, казалось, не слышал его.
— Они вырыли солидный туннель, — сказал он быстро. — Но вход в него заложен листами металла.
Медведь повел своими гигантскими плечами.
— Хочешь, чтобы я пошел и сдвинул их?
— Нет, тебя там увидят. Но есть обходной путь. Кусок скалы с краю раскрошился. Может быть, я проскользну между скалой и металлом.
Медведь подавленно кивнул, сообразив, куда клонит Финн.
— Но он слишком узок для старого Медведя, верно? Я так и знал.
— Не волнуйся, — сказал Финн. — Если туннель никуда не ведет, я скоро вернусь.
— И ты хочешь, чтобы я просто сидел здесь, — прогрохотал Медведь, — и гадал, что с тобой случится?
— Если я не вернусь завтра к полудню, — сказал Финн, — можешь считать, что я не вернусь вообще.
— И тогда, — пророкотал Медведь, — мне остается только