Охотники из небесной пещеры стр. 54
внимания. Продолжай. — И она сжалась.
Флэндри нахмурился, но сейчас он никак не мог заниматься побочной ерундой, а потому сказал:
— Скажешь Свантозику, или кто там будет заниматься тобой, что ты разыграла сцену раскаяния передо мной и что теперь я ненавистен тебе и своими речами, и своими мыслями насчет… Гм.
— Юдифи! — сердито проворчала она.
К чести Флэндри надо сказать, что он покраснел.
— Как я полагаю, этот довод ничем не хуже других — во всяком случае в глазах ардазирхо.
— Или людей. Если бы ты знал, как мне хотелось… Ладно Продолжай. Не будем об этом.
— Так вот, скажешь противнику, что рассказала мне, будто предала
мене в порыве раздраженна, а теперь жалеешь об этом, а я, будучи дико в тебя влюбленным — во что, опять-таки, легко поверить… — Кит никак не ответила да его дежурную любезность —…сказал тебе, что у тебя есть возможность сбежать, отсюда, и предложил следующее. Ардазирхо пребывают под впечатлением, что у них за спиной стоит Имир, а на самом деле Имир больше склоняется в пользу Терры, поскольку мы миролюбивее, а потому с нами меньше хлопот. Имирцы намерены нам втихую помогать, но мы держим это в тайне до экстренного случая, когда они нас спасут. Так вот, если бы мне удалось перенастроить позывные какого-нибудь космического корабле в системе опознавания «свой-чужой», ты могла бы попытаться похитить такой корабль. Ардазирхо решат, что ты направишься к флоту Уолтона, и бросятся в том направлении, а ты сможешь ускользнуть от них, долететь до Огра, передать установленный сигнал и попросить, чтобы тебя доставили и безопасное место на корабле с защитной силовой оболочкой.
У нее и глаза расширялись от ужаса.
— А что будет, когда Свантозик услышит такое, а это неправда…
— Он не сможет узнать, правда это или неправда, до тех пор, пока не даст возможность такое сделать. Так? — радостно возразил Флэндри. — Если я солгал, так в том твоей вины нет. А пока, когда ты поспешишь разболтать ему даже о том, что представляется путем для твоего спасения, это убедит его в тлеем твердом намерении сотрудничать с ними.
— Но… Нет, Доминик. Это же… Да я не осмелюсь…
— Не удерживай меня, Кит. Ты такая одна на десять тысяч, и нет ничего такого, что бы ты не осмелилась сделать.
И тут она расплакалась.
После ее ухода время для Флэндри потекло не столь радостно — в ожидании. Ему оставалось только догадываться, как среагирует его противник. Опытный человек скорее всего не дался бы в обман, а Свантозик, возможно, не так уж плохо знаком с человеческой психологией, как он на это рассчитывает. Флэндри выругался и попытался заснуть — он так устал за последние дни, что даже лицо стало серым.
Когда дверь его кельи открылась, он вскочил так резко, что стало ясно, насколько сдали у него нервы.
В дверях стоял Свантозик, за спиной его виднелись четыре охранника. Зубы ардаазирца сверкнули в оскале.
— Доброй охоты, капитан, — приветствовал он Флэндри. — Удобна ли твоя пещера?
— Сойдет, — ответил Флэндри, — если нет другой, в которой был бы ящичек сигар, бутылка виски и женщина.
— Женщину, по крайней мере, я постарался вам предоставить, — возразил Свантозик.
— О да, мне б еще подстилку из шкуры ардазирхо, — самым учтивым тоном