Охотники на мутантов стр. 10
ножами лакированной поверхности.
- Еще коньяка, лимон и кофе, - сказал Цыган, скосив глаза влево. Метрах в двух от него на высоком табурете сидел седой тощий сталкер в брезентовом плаще, из-под которого виднелись заляпанные грязью кирзовые сапоги. Он клевал носом над чекушкой «Столичной», рядом стоял граненый стопарик, в блюдце лежал надкусанный пирожок. Пока бармен наливал коньяк и готовил кофе, Рамир бочком подобрался к старику на пару шагов, откашлялся и заговорил светским тоном:
- Ну что, чем закончился поход на Свалку, Битый? Говорят, неплохой хабар собрали?
Голова сталкера качнулась, он всхрапнул, поморгал осоловело и протер красные с недосыпу глаза. Морщинистое лицо разгладилось.
- А! - оживился он. - Удачно сходили, ну. Разжился гравием и парочкой камней…
- В почках? - уточнил Рамир, приподняв смолисто-черную бровь.
Битый хохотнул в кулак, а Цыган незаметно достал из кармана хронограф, положив на стойку у правого локтя, бросил косой взгляд на циферблат.
- Не, не в почках, а «Кровь камня», артефакт такой, сам знаешь, - охотливо ответил Битый. - И ни единого зверя не встретили по дороге, у меня все патроны остались, да еще и с погодой удачно… - каждое следующее слово он произносил тише и наконец совсем замолчал.
- Много выручил за них? - поинтересовался Рамир, глядя на часы. - Или только вернулись, еще не скидывали хабар? К Курильщику не иди, он жмот. Я слышал, через Сидоровича сейчас кто-то «Кровь камня» скупает в больших количествах, так ты б к нему завернул…
- А, да, точно. Ты прав, конечно, - забормотал Битый. - Я… сейчас, я… Вот прям сейчас к Сидоровичу и пойду, сей момент, а чего медлить? Вот сейчас и пойду, ага…
Оставив наполовину полную чекуху с пирожком, бормоча что-то, он бочком отвалил от стойки.
Рамир поднял глаза от циферблата, огляделся. Вокруг никого не было.
- Тридцать секунд, - с мрачным удовлетворением отметил он и убрал часы. - Где мой коньяк?
Бармен подал рюмку и блюдце с ломтиками лимона, поставил чашку с кофе. Цыган кивнул, забрал заказ и удалился за свой столик в углу. Как только он сел, оставшееся после него пустое место у барной стойки затянуло людьми.
Рамир положил ноги на соседний стул, пригубил коньяк, лизнув лимон, взял сигару. Глубоко затянувшись, размеренно выпустил в потолок три сизых дымных кольца. На лице его была какая-то мрачная радость, но в глубине больших темных глаз притаилось отчаяние.
Он посмотрел в окно. Был дождливый вечер, в домах поселка тускло горел свет. Отсюда меньше пяти километров до Периметра и всего шесть - до КПП, на котором одной из смен командует покладистый лейтенант, к тому же не жадный. Потому-то «Пьяная плоть»
и пользовалась популярностью, отсюда удобно просачиваться в Зону. Краем уха прислушиваясь к шуму в зале, Рамир пригубил коньяк. Косые струи дождя поливали земляной двор, пристройки и стоящую во дворе технику: болотного цвета «УАЗик», микроавтобус, потрепанные «Жигули». Над высоким забором торчал фонарь, мутно-желтый свет озарял двор.
- Тоска, - негромко проронил Рамир и снова выпил. Широкое, с крупными чертами и выступающим подбородком лицо его было печальным, на лбу собрались морщины. Он достал хронограф, положил на ладонь, разглядывая. Находящиеся в баре старательно не обращали на него внимания. Уловив движение за окном, Цыган вновь покосился туда. В раскрытые ворота вошли трое в плащах, потом, светя