Ожившие стр. 5
оформленный стенд, у которого скучала худощавая женщина в широкой панаме. Стенд изобиловал фотографиями акул. Большие и маленькие, с хищно рассекающими водную гладь треугольными плавниками, оскаленными челюстями, они, казалось, были готовы наброситься на нее прямо с картинок.
— Рашен? Русский? — встрепенулась женщина в панаме, и Татьяна кивнула. Она уже привыкла не удивляться тому, что местные сразу распознавали в ней россиянку.
— Экскурсия. Open океан, открытый, — коверкая слова, произнесла Панама, встав с плетеного стула. — Акулы, — уважительно добавила она, словно Татьяна была слепой и не видела стенда.
— И что, все это я увижу на вашей экскурсии? — недоверчиво поинтересовалась
она, вспомнив, как Слава однажды признался ей, что всегда мечтал взглянуть на настоящих акул.
Краем глаза она заметила, что рядом бесшумно возник какой-то мужчина средних лет. Он был в потрепанных джинсовых шортах и рубашке крикливой раскраски, на голове бейсбольная кепка, глаза скрыты под темными стеклами солнцезащитных очков.
— О да, — широко улыбнулась Панама, и Татьяна отметила, что ей не мешало бы показаться стоматологу. — You look, видеть. Погода хорошая — обязательно. Вниз, прямо под вода, клетка, акулы хорошо видеть.
От Татьяны не ускользнуло, что мужчина в темных очках, рассматривающий фото, с интересом прислушивался к их диалогу.
— Когда состоится поездка? — задала она вопрос.
— Завтра утро, — с готовностью ответила Панама.
Пока Татьяна думала, не позвонить ли Славе, этот странный тип в очках придвинулся ближе, и она, заметив это, вызывающе посмотрела в сторону своих секьюрити. Те сидели на корточках, словно куры на жердочках, и что-то лениво обсуждали. Казалось, они напрочь забыли о своей работе.
— Можно видеть много. Белая shark, акула, — продолжала завлекать ее Панама. — Рифовая, тигровая… Мако, — бубнила она, словно пыталась на одном дыхании перечислить всех акул, каких только знала.
— Мако вы сейчас вряд ли встретите, — неожиданно на чисто русском языке произнес незнакомец в очках. Он даже не посмотрел в сторону Панамы, продолжая с какой-то веселой небрежностью изучать стенд. — Их можно увидеть на северо-восточном побережье, у Великого Барьерного рифа, да и то сейчас для них не сезон.
Татьяна сделала вид, что не обратила на его слова внимания, хотя… странное дело, что-то в его голосе показалось ей знакомым.
Панама открыла рот, очевидно, чтобы возразить мужчине, но так ничего и не сказала.
— Я возьму два билета, — сказала Татьяна. Она решила не сообщать о своей идее Славе, пусть это будет сюрпризом. Нечего ему киснуть в отеле. Она открыла сумочку и, доставая деньги, думала, где она могла слышать этот голос.
— О’кей, — засияла Панама и, достав замусоленный карандаш, стала что-то царапать на билетах.
— Я бы не советовал вам пользоваться услугами этой фирмы, — обратился незнакомец к Татьяне.
— Почему? — сухо поинтересовалась она, расплачиваясь.
— Вряд ли что-нибудь увидите. Так, пару килек или полудохлую медузу. Яхты этих компаний обычно не выходят далеко в океан, а в прибрежной полосе смотреть нечего, — пояснил он, слегка улыбнувшись.
Татьяна снова вздрогнула. Эта улыбка… Она определенно где-то встречала этого человека.
— Почитайте внимательно билет, — продолжал он. — Видите, маленькие буковки в самом низу, примечание?