Падение Эдварда Барнарда стр. 6
чуть порозовели, и Бэйтмен с серьезной улыбкой, которая так красила его, закончил:
- Потому что он любит вас.
- Я его не стою, - смиренно сказала она.
- Вы удивительная, Изабелла, просто удивительная.
Но прошел еще год, по-прежнему Изабелла каждый месяц получала письма от Эдварда, и в конце концов ее стало удивлять, что он ни словом не упоминает о возвращении. Он писал так, словно навсегда обосновался на Таити и больше того - очень этим доволен. Это ее озадачило. Она несколько раз перечитала все его письма, одно за другим, и, теперь в самом деле читая между строк, поразилась перемене, которой прежде не замечала. Последние письма были так же нежны и милы, как и первые, но тон их стал иной. Еще прежде она со смутной подозрительностью относилась к юмору Эдварда и питала чисто женское недоверие к этому непонятному свойству, а теперь почувствовала в нем легкомыслие, которое ставило ее в тупик. Казалось, это пишет новый Эдвард, не тот, которого она знала прежде.
Однажды, на другой день после того, как пришла почта с Таити, она ехала в автомобиле с Бэйтменом, и он спросил:
- Эдвард написал вам, когда он отплывает?
- Нет. Я думала, он что-нибудь написал вам.
- Ни слова.
- Вы же знаете Эдварда, - засмеялась Изабелла. - У него нет чувства времени. Если придется к слову, спросите его в следующем письме, когда он думает приехать.
Она говорила так беззаботно, что лишь обостренная чуткость помогла Бэйтмену понять, как ей хочется, чтобы он это сделал.
- Конечно. Непременно спрошу. И о чем только он думает! - ответил он с улыбкой.
Через несколько дней, снова встретившись с Бэйтменом, Изабелла заметила, что он чем-то взволнован. С тех пор как Эдвард уехал, они часто бывали вместе: обоим он был дорог, и, заговаривая о нем, каждый находил в другом благодарного слушателя. Не удивительно, что Изабелла читала в
лице Бэйтмена, как в раскрытой книге. Что-то подсказало ей, что его тревога связана с Эдвардом, и она не отступилась, пока не заставила его признаться.
- Видите ли, - сказал он наконец, - до меня дошли слухи, будто Эдвард уже не работает в той фирме, и вчера мне представился случай спросить самого мистера Брауншмидта.
- И что же?
- Уже почти год, как Эдвард там больше не служит.
- Как странно, что он ничего не писал об этом!
Бэйтмен замялся, но он зашел уже так далеко, что просто не мог не договорить до конца. Ему было мучительно неловко.
- Его уволили.
- Боже правый, за что?
- Они, кажется, предупредили его, и не раз, и в конце концов предложили уйти. Говорят, он был нерадив и плохо знал дело.
- Эдвард?!
Наступило молчание, и вдруг Бэйтмен увидел, что Изабелла плачет. Он невольно схватил ее за руку.
- Дорогая, не надо, не надо, - взмолился он. - Я не могу видеть ваши слезы.
Самообладание настолько ей изменило, что она даже не отняла руки. Он пытался ее утешить:
- Непостижимо, правда? Это так не похоже на Эдварда. Нет, здесь, наверно, какое-то недоразумение.
Некоторое время она молчала, а когда заговорила, голос ее звучал неуверенно.
-