Библиотека

Падение Левиафана стр. 235

Размер шрифта
-
+
Тема

но внутренняя дверь уже задвинулась. Открылась наружная. Наоми, Амос и собака шагнули в переходник и за него. Алекс видел, что они переговариваются, но не слышал голосов. Перед ними открылся люк «Сокола», а наружный люк «Роси» закрылся, и Алекс остался на корабле один. Он еще подождал, уверяя себя, что просто вслушивается в гул втягивающегося переходника. Проверяет, все ли в порядке. Но, даже когда сложенный тоннель встал на место, позволяя стартовать, он еще поплавал несколько секунд, прежде чем вернуться к управлению.

Странно было пилотировать корабль из рубки. Не в первый раз, но раньше он если и делал так, то чтобы удобнее было разговаривать, не перекликаясь сквозь палубу. Пока они оставались на борту, он не раз прогнал диагностику, но все равно запустил заново. Ничего неожиданного не увидел и отошел от «Сокола». Когда включился основной двигатель, амортизатор навалился Алексу на спину и вдавил в гель. Тяга выглядела надежной. «Сокол» он выхлопом не задел. Он переключился на треть g, потом на половину. И на полную. И дал больше. Корабль поскрипывал. Он убеждал себя, что это нормально. Просто кажется громче обычного, потому что он слушает скрип в одиночестве. Два g – он вкатил себе половинную дозу «сока». И на этом остановился. Не хотел нагружать корабль, пока его по-настоящему не переберут. И не хотел схватить инсульт, когда некому дотащить его до медотсека.

– Обмен, – сказал он вслух. – Всего лишь меняешь одно на другое.

Никто ему не ответил. Он подождал немного, ощущая пустоту корабля. Только они с «Роси» и беззвездная бездна пространства колец. Он открыл корабельную связь:

– Если здесь кто-то есть, у вас последний шанс. Признавайтесь сразу, или навсегда останетесь в команде.

Он шутил, только кроме него некому было оценить шутку. Он проверил двигатель. Работает как надо. Курс был проложен в пределах выносливости, но из-за шума придется до прохождения раз или два подправить. Время хода до врат… Он поднял тягу до трех g. Кости выдержат. Не так уж он стар.

В первые полчаса он сидел в амортизаторе, переключая один за другим экраны диагностики в поисках неполадок. Потом на несколько минут сбросил тягу до трети g и сходил в камбуз за грушей чая. Хотелось ему пива, но до прохождения, пожалуй, не стоило. Зато музыку можно было поставить, что он и сделал. По коридорам и каютам разнесся старый марсианский раджфьюжн. Красиво и печально.

Алекс вернулся в кресло и снова пришпорил корабль.

Вскоре к вратам стали выходить другие корабли. Список присутствующих в пространстве кораблей с введенной Наоми моделью перехода сократился на одно имя. И на второе. Соответствующая графа показывала, что переход безопасен, что риск провалиться к летучим голландцам невысок, но с каждым уходящим кораблем показатель риска неуловимо лез вверх. «Даффи» ушел в Бара Гаон. «Кайвалья» – в Оберон. Даже бедный подбитый «Лагоморф» с неисправными дюзами добрался до врат Сол. Когда ушел в Лаконию «Вихрь», модель на целую минуту зависла в готовности предупредить подходящие корабли о необходимой задержке.

Хорошая была система.

Медленно, но со всей уместной поспешностью пространство колец пустело.

Алекс, прижатый к креслу, стал думать, что будет дальше. Он – пилот старого побитого корабля без экипажа. Он ничего не знает о Ньивстаде. Только что система в корпоративной

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.