Пара для Эммы стр. 62
пока восстанавливала свои силы, ребята уже доложили, каким путём они добирались.
— Мне надо дождаться Пепла, чтобы передать детей, но я не могу ночевать в лесу… Эмма смутилась. Судя по взглядам крупногабаритных вожаков, она та ещё неженка!
— Альфа стаи сам выберет место для домов, но предполагаю, что он не станет строиться вблизи гномов, ответил судья и, видя, что его слова не удовлетворили магичку, добавил:
— Если вы уже отдохнули, то можно прогуляться.
Многозначительно переглянувшиеся между собою вожаки с искренним любопытством смотрели на неё и судью. Что бы это могло означать, Эмма не понимала, и её это сильно тревожило.
Через десять минут она оставила котелок с супом настаиваться и отправилась с детьми смотреть будущее место для стаи. Они шли (хотя Эмма практически бежала) около получаса и выбрались к небольшой быстрой речушке.
— Думаю, вон там на холме можно ставить дома, указал рукой судья.
— А не ветрено? — она потянулась вправо-влево, разминая разогревшееся тело и стараясь прогнать одеревенелость мышц после вчерашнего напряжения.
— Главное, чтобы весной не затопило, ответил ей один из альф, догнавших компанию, при этом с интересом поглядывая, как Эмма упирается в дерево и прогибает поясницу вверх-вниз, растягивая её.
— Вы же будете дожидаться Пепла? — спросила Эмма сразу у всех, уцепившись при этом за ветку и повиснув на ней, стремясь дать облегчение позвоночнику. Глядя на оборотней, поняла, что вопрос на счёт новой стаи — скользкий момент.
В принципе вожаки могли бы появиться здесь позже и под видом одолжения показать границы новому соседу, но их явно удерживает на месте присутствие судьи. И тогда становится интересно, что судья тут забыл? Какова его роль и насколько широко влияние? Дождавшись кивка, она опустилась на землю, одёрнула болтающуюся на ней куртку и обратилась к мужчинам:
— Быть может, вы поможете построить хоть какой-то домик, чтобы мне и пришедшим не спать под открытым небом? Может так оказаться, что в стае будут раненные, а
им необходимо тепло.
Эмма уже многое поняла и особо не надеялась, что ей пойдут навстречу, но не могла не думать о том, что рядом с ней три здоровенных лба будут бездельничать, в то время как она не знает, как уберечься от холода. Видимо что-то отразилось на её лице, так как они придирчиво осмотрели человечку, переглянулись и выразили своё согласие.
— Вот бы с печкой и с погребом! — обрадовалась она и улыбнулась в ответ на их хмыканье.
— Хозяйственная, пробасил альфа и наконец-то представился: я Орлик.
— Эмма Горчакова, от неожиданного потепления в общении она смутилась.
Напускной образ хмурого сурового оборотня исчез, и теперь перед ней стоял простоватый мужчина с приятной улыбкой, в глазах которого мелькала хитринка и, конечно же, особо обольщаться на его счёт не стоило.
— А я Мрак, оттесняя Орлика, выдвинулся вперёд второй альфа и даже решил щегольнуть, протягивая вперёд ладонь. Эмма подала руку для поцелуя, помня поступок гнома, и только по ухмылке Орлика и заминке Мрака поняла, что ей хотели пожать кисть по-дружески, как это принято у людей, а она… впрочем, Мрак быстро сориентировался и даже состроил на лице гримасу опытного соблазнителя молодых девиц. Она перевела вопросительный взгляд на судью, который оказался не таким угрюмым и молчаливым, как она подумала сначала.