Парацельс Маггроу и торговец драконами стр. 14
я настаиваю на использовании их для блага государства. Главное, чтобы никто не слышал вашего разговора. Ни одной живой душе не должно быть известно, о чём вы будете говорить. Балакур сейчас уязвим, ему необходим кимберлитовый камень больше всего на свете. А боевой дракон в будущем будет нужен нам. Но если торговец поймёт, что о твоём предложении известно охране или кому-то из его слуг, он не рискнёт продавать дракона и не согласится на сделку ни при каких условиях. Он достойный, порядочный человек, но очень осторожный. Так что не допусти, чтобы ваш разговор кто-то услышал. Я знаю точно, что есть причина, по которой Балакур не желает продавать этого дракона никому на свете. Это тайна, которая скрыта за семью печатями. Но я верю в тебя, ты избранный, и если будешь действовать правильно, то именно тебе он согласится продать будущего детёныша бронехвоста».
* * *– Я не знал, отец, что мне думать, как действовать в таких обстоятельствах. Я попрощался с Полтером и немедленно отправился к декану Фортену. Попросив разрешение покинуть Академию на выходные дни, я стал составлять планы. К счастью, камни остались у меня. После того как ты вручил их мне в день моего рождения, я положил их в карман своего плаща, оставив его висеть в моей комнате в общежитии Академии. Улетая, я решил взять их все, чтобы ошеломить торговца. Его должно было потрясти такое количество камней у одного человека. Этим, подумал я, мне удастся решить две проблемы: я смогу лишить торговца здравомыслия и полностью собью его с толку, как и говорил Полтер. Но после что-то пошло не так, я тебе уже говорил об этом. И только мой медальон спас положение, об этом я тебе тоже говорил.
Парацельс замолчал.
– А что было после того, когда ты закончил говорить с Полтером? – спросил верховный маг.
– Я целый вечер думал, искал решение, как мне застать торговца врасплох. Об этом я тебе тоже говорил. Тогда-то я и решил лететь один. Несмотря на то, что меня должна была сопровождать охрана. Я сказал им, чтобы они летели в наш замок, а я отправлюсь по делам на своей новой метле. Всю ответственность за это я взял на себя. Все знали, что такая просьба имеет веские основания, потому ребята и отпустили меня. Уж больно я был убедительным. Охрана ни в чём не виновата. Даже если бы они помчались за мною, то не смогли бы догнать меня. И это они тоже прекрасно понимали. Во всём случившемся виноват только я.
Верховный маг посмотрел на сына. Он понимал: Парацельс уже вырос, по сути, он уже стал мужчиной. В тот день, когда ему исполнилось пятнадцать, его приняли в адепты Ордена Алладора, а это означало, что теперь он будет добиваться своего, чего бы это ему ни стоило. И опека над ним как над ребёнком в этот день закончилась. «Какое счастье, – подумал Орланд, – что новая метла уже готова. И хорошо, что именно Парацельс был причастен к её созданию. Поэтому он и получил право испытывать её первым. И уже несколько месяцев часто и подолгу летал на ней. А ведь действительно, она самое безопасное средство для того, чтобы посещать тёмную часть нашего