Парацельс Маггроу и торговец драконами стр. 36
в огромных грязных беспородных псов. Парацельс не удивился, он только сказал спокойно:
– Так я и думал – это сатрапы.
* * *Сатрапы – оборотни низшего сословия. Они настолько мерзки, что чаще всего питаются падалью, которую никто другой есть не может. Они бродят, грязные и оборванные, в поисках пищи, и не могут раздобыть себе что-либо стоящее. А когда находят тухлые останки какого-либо животного, то превращаются в собак, потому как человек такой еды никогда не ест, но, находясь в теле собаки, сатрапы съедают всё до последнего кусочка.
* * *Факел висел в воздухе, освещая место, где стоял Парацельс. Две огромные грязные собаки, одна рыжая, другая чёрная, надвигались на него, оскалив зубы, в надежде разорвать его на кусочки. Слишком он разозлил их своим спокойствием и радостным видом, но ни ужаса, ни даже испуга сатрапы на его лице не увидели.
– Спокойно, собачки, спокойно, – Парацельс протянул руки в их сторону, как бы пытаясь успокоить.
Но всё же собаки медленно надвигались на него, рычали, глаза их светились в темноте, грязная шерсть встала дыбом. Они рассчитали всё точно, рыжий пёс приготовился вцепиться в ногу юноше, а чёрный – в горло. Прыжок, но оба пса подлетели высоко над своей жертвой и камнем упали на землю, завизжав от боли. Всё же, превозмогая её, они поднялись и вновь стали готовиться к нападению. В ту же секунду послышался топот копыт, это кентавр Быкаус спешил на помощь юноше, в руках его была огромная дубина. Мгновение – и кентавр налетел на озлобленных грязных собак. Он стал бить их дубиной, было видно, что у него большой опыт в этом деле. Клочья грязной шерсти полетели в разные стороны. Собаки визжали от боли. Парацельс стоял и наблюдал, как дубина Быкауса пляшет по телам двух огромных мерзких псов-оборотней – сатрапов. Когда кентавр перестал их дубасить, сатрапы вновь превратились в двух громил. Лица их были уже не только грязны, но и покрыты огромными синяками, одежда ещё больше разорвана, а на ногах вообще не было обуви.
– Убирайтесь отсюда, – злобно закричал кентавр. – Если я встречу вас снова, то не только ещё раз познакомлю со своей дубиной, но и растопчу этими вот копытами.
Быкаус поднял передние ноги, его подковы сверкнули в свете факела. Двое громил, как трусливые шавки, бросились наутёк. Они неслись прочь, проклиная того, кто посоветовал им идти промышлять в этот безжалостный, по их мнению, город.
– Спасибо, Быкаус, ты настоящий друг, – Парацельс пожал кентавру руку. – А где твоя двуколка и откуда у тебя дубина? – удивлённо спросил он.
– Двуколка стоит недалеко от этого места, а дубина всегда при мне, она спрятана под днищем моей двуколки. Без дубины мне никак нельзя. Уж очень часто она выручает, особенно если кто-то попытается ограбить меня после работы. А сегодня, как только я увидел, что тут происходит, быстро сбросил крепёжный ремень оглоблей и помчался тебе на помощь. Давно я не видел сатрапов в наших местах. Этих мерзких подлых трусливых оборотней надо держать подальше от нашего города. Они ведут себя смело, если думают, что жертва беспомощна. Но когда получают отпор, сломя голову спасают свою грязную, никогда не чёсанную и дурно пахнущую шкуру. Иди в таверну,