Парацельс Маггроу и торговец драконами стр. 71
собирать его в радиусе нескольких лиг.
Парацельс с интересом слушал торговца. Подталкиваемый и раздираемый любопытством, спросил:
– А как быть, если дракон в полёте умрёт от старости?
Балакур крайне удивился. Он не ожидал услышать такой глупый вопрос от того, кто мечтает заиметь дракона и изучает их.
– Как можно летать на старых драконах, – ответил он. – Все хозяева транспортных драконов тщательно следят за их возрастом. И за десять лет до того момента, как дракон достигнет преклонного возраста, они прекращают пользоваться им для перевозки грузов.
– А что же с ними происходит потом? – опять задал глупый вопрос Парацельс.
Торговец попытался улыбнуться, но не смог и сказал с грустью:
– Они участвуют в боях. Правда, как жертвы. Их ставят против молодых и сильных противников для того, чтобы те оттачивали своё мастерство. Драконы ведь не знают о том, что их соперники много лет таскали на своей спине тяжёлую поклажу. Да и как они могут узнать об этом? Бедные транспортные драконы, – с грустью продолжал торговец, – им уготована тяжёлая участь. Но мы, вернее, наша семья, никогда не продавали своих старых драконов для боя. Те звери, которые работают на нас всю свою продуктивную жизнь, доживают её в дальних загонах. Правда, их кормят намного меньше, чем молодых рабочих драконов. Но это ведь лучше, чем быть убитым в неравном бою. А теперь, – Балакур закончил разговор, – перед тем как взойдёт луна, мне надо предпринять меры предосторожности.
Он достал из походной сумки небольшой клубок странных ниток. Они были похожи на сталь, но переливались всеми цветами радуги. Увидев удивлённый взгляд своего спутника, Балакур объяснил:
– Коваровые, или, я их ещё называю, неприступные, нити.
– Коваровые, или непреступные, нити? – переспросил Парацельс. – А для чего они?
– Как? – удивился торговец. – Вы не знаете, что это такое?
– Нет. А что это?
– Это защитная нить. Её растягивают либо на колышках, либо используя деревья, по периметру лагеря или того места, где вы собрались остановиться на ночлег, с помощью волшебной палочки приводят её в рабочее положение, и нить становится невидимой неприступной стеной.
Парацельс был поражён услышанным.
– Вы хотите сказать, – спросил он, – эта тонкая нить станет неприступной преградой для тех, кто решит подобраться к нам незаметно?
– Естественно, – уверенно ответил торговец. – Никто не сможет ни подобраться к нам, ни пройти через неё, ни перелезть через неё, ни сделать подкоп под ней. Единственный недостаток, а может, это и достоинство, – никто не сможет и выйти из лагеря, пока я не расколдую нить.
– Я правильно вас понял, – спросил Парацельс, – что любой сможет и войти и выйти за периметр нити, только если будет знать наложенное на неё заклинание и у него будет волшебная палочка?
– Именно так, – ответил торговец. – Это её существенный недостаток, – и повторил: – а может, это всё же её достоинство. Я храню в секрете те заклинания, которые я использую, и мы можем спать спокойно.
Балакур извинился и отправился сооружать из нити волшебную преграду. Парацельс наблюдал, как он это делает. Натянув нить, торговец достал волшебную палочку, наклонился к нити и тихо прошептал заветные слова, дотронулся волшебной палочкой до неё, и нить стала невидимой.
– Вот теперь, – сказал он, – вокруг нас неприступная стена, – торговец повернулся к своему гостю.
– Могу я спросить вас, почему