Параллель стр. 333
нравом: выстрел мог напугать небольшую группу или одно отбившееся животное, но стадо, имевшее в составе нескольких матерых самцов, зачастую нападало в ответ. Однажды дорогу двум сталкершам перебежал лось. Здоровая длинноногая махина вышла из заиндевелого придорожного бурелома и рысью помчалась прочь, быстро скрывшись среди серых стволов. Здешние лоси, почти как их нормальные сородичи, отличались большими размерами и высокой проходимостью, особенно по болотистой местности, где не пугались даже упырей, а те, в свою очередь, редко решались напасть на взрослое крепкое животное. Однако в отличие от обычных лоси Зоны были невосприимчивы к ментальным воздействиям, возможно, благодаря внушительных размеров рогам, и свободно ходили там, где другие звери и человек теряли рассудок. На сталкеров сохатый нападал редко, но став агрессивным, мог серьезно покалечить, так что девушки прекрасно понимали, как им повезло, когда зверь ушел, даже не глянув в их сторону.
К утру третьего дня лес кончился, и на горизонте, за раскинувшимся впереди полем, появились голые макушки деревьев, высаженных когда-то по периметру разыскиваемой Конем деревни. Координаты она взяла у Мары еще до того, как та покинула «Свет», заранее зная, что в случае ухода пригодится любая зацепка. Что ж, вот и пришло время проверить.
Еще на подходе, у дороги, ведущей в нужную сторону, сталкерша заметила свежие следы на утреннем белесом налете: одна цепочка вела в деревню, а вторая, более старая, уходила назад. Место и впрямь было хоженым, хоть и непопулярным. Следы привели к перекрестку с остатками некогда добротной асфальтированной улицы, теперь же тут и там пробивался бурьян, прибитый утренним морозом, и разросся вездесущий кустарник. Здесь следы пребывания сталкеров были куда заметнее: крупный мусор оттащили к обочинам, а траву вытоптали десятки сапог. На перекрестке Конь свернула налево и сбросила с плеча порядком надоевший мешок; по пути девушки его немного разгрузили, избавившись от самого лишнего, но по ощущениям легче он не стал. Разминая уставшее от монотонной нагрузки плечо, сталкерша смотрела на старое двухэтажное здание по левую сторону от дороги. Выгоревшая плитка на стенах у самой земли осыпалась и лежала шелухой, словно линялая кожа, на половине окон фасада красовались заплатки из фанеры и досок, но в остальном здание выглядело хорошо сохранившимся. Центральный вход даже имел почти целые бетонные ступени и обитую железом дверь, впрочем, его родная табличка тяжелых времен не пережила, оставив после себя четыре сколотые дырочки в стене сбоку. Вместо нее над входом, прямо на козырьке, крепились две дощатые буквы, отделанные фанерой: «ХЗ».
– Смотри что я нашла! – подошла Няшка с большой фанериной в руках, вырезанной в форме буквы Б. – Тут в кустах валялось. Забавно, правда?
Конь посмотрела на вывеску, а потом еще раз на Няшкину находку – и понимающе заулыбалась.
– Знаешь что, а забрось-ка ты эту «бэшку» куда подальше. Только размахнись как следует, хорошо?
Девушка улыбнулась в ответ:
– Не вопрос!
Фанерная Б, словно бумеранг, взлетела в прозрачный утренний воздух и, плавно вращаясь, пропала за деревьями на другой стороне улицы.
– Не судьба, Пашка. Не судьба. – Конь покачала головой и зашагала к двери. Следом, подхватив мешок, поспешила ее напарница.
Хлопнула входная дверь. Павел нехотя поднял глаза, ожидая увидеть очередного усталого бродягу или раненого бойца, чей путь лежал бы прямиком к Терапевту,