Паутина. Часть 1 стр. 5
в эфир, народ тут же ударится в бега. К чести боевиков, они этот довод восприняли правильно. Не стали орать и настаивать на своем требовании. На выполнение своего ультиматума они дали три часа. Именно столько времени заняла бы транспортировка самолетом задержанных лиц из областного центра.
А за это время нас подняли по тревоге. Отчего нас? Да не было рядом больше никого. Соответствующие специалисты еще только находились в пути. И прибыть они могли при самом лучшем раскладе не ранее чем через час.
Вот и подползаем осторожно, окружая здание цеха со всех сторон.
Но эта задача – не главная. Где-то там, скрытые от
нас и от глаз боевиков густой травой, пробираются к своей цели саперы. Им предстоит обезвредить заряды – только после этого мы можем что-то сделать. Новичков среди нас нет, все понимают, что как только прозвучат первые выстрелы – кто-то из окружённых тотчас же нажмет на кнопку подрывной машинки.
И тогда – кранты всем. Нам и боевикам, местным жителям, которых не успеют вовремя эвакуировать. Даже домашней живности. И этот рыжий проглот, пожирающий сейчас очередную порцию ветчины – он тоже никуда не уйдет.
Не завидую я саперам. Вот уж на чьем месте не захотел бы оказаться ни за какие коврижки! Одно неверное движение – и на твоей совести пара тысяч покойников! Жуть...
Саперы вышли на связь всего один раз. Доложили, что цели достигли, работу начали. И всё, больше от них ни единого звука не последовало. Надо думать, рации выключили. И правильно, в общем-то, сделали.
Боевик на крыше устал сидеть в одной позе. Поднялся, поправил автомат и прошелся взад-вперед. Моцион у него, понимаете ли... Я б те, голубчик, устроил прогулку... в один конец! Но кое-какая польза от этого моциона все же имелась.
Когда наблюдатель, пройдясь по крыше, на некоторое время отвернулся в сторону, из-под остова старой автомашины, стоявшей неподалеку от стены, метнулась к зданию быстрая фигура. Кто-то из наших. Прижавшись к стене, он аккуратно ввинтился между балками, на которых возвышался над землей здоровенный бак.
Есть один!
Боевик вернулся на место. Осмотрелся и, ничего подозрительного не заметив, направился в обратный путь.
Пользуясь этим, к дому просочился ещё один боец.
Ожил наушник рации.
– Четвертый, на связь!
– В канале.
– По команде снимаете наблюдателя. Как понял?
– Понял.
– У них перекличка через четыре минуты. Сразу после неё даём отмашку – убираете всех, кто есть на крыше и занимаете её.
– Есть, занять крышу.
Ребята оживляются, слышу щелчки предохранителей.
Мучительно долго тянется время.
– Работаем!
Слева от меня щелкает «Винторез» Палыча, и у боевика подламываются ноги. Он мешком оседает около парапета.
Прижавшийся к подпорной балке боец вскидывает руку. Не слышу щелчка, но знаю, что у него там линемет. Разумеется, не штатный корабельный, а специально нашими умельцами доработанный. Есть у нас и другая штука похожего назначения, она может зашвырнуть полуторакилограммовый якорь с линём аж на крышу девятиэтажного дома. Но – шумная машинка, использует штатные автоматные патроны, оттого в данном случае и неприменима. А этот заряжаем углекислым газом – стандартный пейнтбольный баллон. На девятиэтажку он якорь, понятное дело, не забросит, а вот на этот домик – в