Паутина Судеб стр. 236
и погибнуть в нем, забрав с собой все, до чего сумеет дотянуться разбушевавшаяся, совершенно неконтролируемая, дикая сила. Наверное, он понимал, что, даже если захватит небесное королевство, даже если гордые айраниты встанут на колени перед изгнанником, все равно долго ему не протянуть. Источник выжег бы его изнутри, медленно, как тяжелая болезнь, разрушал бы его разум и тело, вот только умереть темное пламя ему уже не позволило бы. Так и существовал бы Азраэл искореженным, утратившим форму комком живой плоти, чувствующим и, вероятно, осознающим себя, но не имеющим возможности умереть, уйти за Грань.
Так почему бы не умереть прямо сейчас, оставшись в памяти
тех, кому не повезет выжить, победителем?
Я почуяла покалывающий кожу неистовый жар за несколько секунд до того, как из земли, прорываясь через обезглавленное тело Азраэла, словно чудовищный росток, ввысь взметнулся первый багряный сполох. Почуяла и успела выдернуть Данте из-под удара, слишком хорошо зная, что произойдет с аватаром, если темное пламя коснется его хотя бы краем. В груди заныло от собирающегося сгустка дареной силы, искусно выкованный обруч-корона сдавил виски, по левой руке, удерживающей древний меч, поползли струйки леденящего холода, которые скапливались на кончике меча, искрясь и переливаясь в предзимних сумерках всеми оттенками голубого и белого.
Я заложила вираж, опускаясь на остатки взлетной площадки, и заглянула вниз, в котлован, образованный вырвавшимся на свободу источником, откуда уже вырастали гибкие, длинные, поблескивающие алым, как затухающие в костре угли, жгуты силы.
Как щупальца морского чудовища.
Рука сама направила острие клинка в центр этого котла, стряхивая бело-голубую звездочку вниз…
Как меня не снесло ответной ударной волной с остатков взлетной площадки – не знаю. Башня вздрогнула, посыпались куски черепицы, один из которых ощутимо стукнул меня по наплечнику доспеха, оставив небольшую вмятину, а провал в мостовой расширился, и оттуда на свободу рванулось десятка два жгутов, свитых из дикой силы.
Они ударили вверх, в небо, не задев меня только потому, что дареная сила истинной королевы накрыла едва заметным хрустальным куполом тот огрызок площадки, на котором я балансировала.
Разошлись неровным, ужасающе красивым, мерцающим в сумерках веером – и сразу же сверху раздались вопли тех, кто не успел убраться подальше. Вопли становились воем, а тот, в свою очередь, стремительно перетекал в низкий, горловой рев, наполненный яростью и болью. Что после такого вмешательства дикой силы приземлялось на мостовую, я не видела, да и не хотела видеть. Сейчас главное – обуздать Источник, и неважно, какой ценой это будет сделано.
Потому что если не запечатать его, не вернуть обратно в землю, он будет разрастаться до тех пор, пока Андарион не окажется поглощенным этой силой и не перестанет существовать в привычном виде.
Клинок у меня в руках завибрировал, по лезвию проскользнули сполохи молний и ударили вниз, заключая Источник в нечто вроде сверкающей клетки, как та, что выстраивалась вокруг Данте и Азраэла во время боя. Только на этот раз прутья сжимались с ощутимым трудом, замыкаясь в подобие купола, накрывая беснующийся Источник пусть недолговременной, но надежной «тюрьмой».
Вот тогда я и ощутила живую, осознанную ненависть Источника, направленную на меня как на очередное существо, пытающееся загнать дикую, свободную изначально силу в рамки подчинения и контроля. Словно из дыры