Пьедестал для принцессы стр. 41
заявила Полинка. – Но что подумает он?
– А мне наплевать! – Я упала на спину и раскинула руки. – Как мне все надоело! – пожаловалась потолку.
– Правда? – ехидно спросила Полина. – И я тоже? В таком случае, я ухожу.
Ну вот, опять обиделась.
– Иди, – равнодушно ответила я.
Но она не ушла. А пустилась в длинные разглагольствования на тему: как нехорошо так относиться к друзьям.
– Это ты мне говоришь? – Я поднялась и села на диване.
Еще немного – и мы бы поссорились, но в дверь позвонили, я пошла открывать и увидела Севу.
– Давай мириться, – сказал он с порога.
– Давай, – скорее от неожиданности согласилась я, и мы помирились.
Довольно скоро я поняла, что зря устроила весь этот балаган с фотографией, потому что Сева воспринял все за чистую монету и буквально начал преследовать меня.
Я оказалась в довольно двусмысленном положении. С одной стороны, я понимала, что нравлюсь Севе, с другой – он как будто меня ненавидел. Уж как только он не пакостил мне! Он не мог простить мне Артема. И вообще не переносил и злился, когда я встречалась с кем-то. Мы с ним постоянно ругались. Наши перепалки напоминали мне семейные сцены из старых итальянских фильмов.
«С кем ты вчера пошла домой?» – Сева страдал ревнивой подозрительностью.
«С девчонками», – честно отвечала я.
«Неправда! – Он заводился с полоборота. – Тебя видели с двумя парнями!»
И бесполезно было объяснять, что два парня – это Влад и Колька. Он не верил, а если и верил, то все равно ругался.
Часто он вел себя просто по-детски: как-то мы с Полинкой собрались в боулинг. Выходим из дома, все такие при параде, а Сева тут как тут. Я думаю: ну все. Он, как только нас увидел, злобно ухмыльнулся, налетел на меня, затискал, растрепал волосы. Вдвоем с Полинкой отбивались.
«Ты что, с цепи сорвался!» – орала я. А он – хоть
бы что! Испортил настроение, авось теперь я никуда не пойду и ни с кем не встречусь. Такая вот логика.
Несколько дней не разговариваем, приползает тише воды, ниже травы: «Прости...». Полинка крутит пальцем у виска: «Маньяк! Как хорошо, – говорит, – что я с ним не связалась!» Ей-то, может, и хорошо. А мне?
Мало того, Артем, когда узнал, что мы с Севой вроде как снова в хороших отношениях, устроил мне разнос. Как я могла помириться с человеком, который меня и главное – его, Артема, так подставил! Чего можно ждать от Севы?! Что меня с ним связывает?! Учинил мне допрос с пристрастием. А сам между тем совершенно спокойно разговаривал с Севой на переменах, они вообще как-то сдружились в последнее время. Я перестала что-либо понимать. От всех этих скандалов, беспричинной ревности, непонятных наездов, у меня голова кругом пошла.
Я металась между ними. Что-то доказывала, убеждала. Причем меня не покидало чувство, что меня просто рвут на куски. Мой внутренний голос совершенно обессилел, выдавал только «ах», да «ох». Прабабушка не могла справиться с моими кавалерами. Приходилось все делать самой.
С Артемом мы виделись все реже, больше перезванивались. При этом он требовал от меня абсолютной преданности и верности, как будто имел какие-то права. Наши нечастые встречи скорее напоминали