Библиотека

Пенрик и Дездемона. Книга 2 стр. 10

Размер шрифта
-
+
Тема

но сама по себе ты не представляешь достаточной угрозы, чтобы взяться за тебя без повода. Ради любви всех богов и богинь, ради моей любви, не давай им его.

– Хочешь сказать, я должна ничего не делать, а просто застыть на месте, как заяц перед ястребом?

– Для начала – да. – Он провел руками по взъершенным темным волосам, потом стиснул ладони на коленях. – Пожалуйста, не пытайся ввязаться в то, что тебе настолько не по зубам. Последнее, что мне нужно, – чтобы мои враги осознали, каким эффективным рычагом ты можешь стать.

По ее щекам катились слезы, и она ненавидела их мокрую беспомощность.

– Пусть будут прокляты все мужчины, и их гордость, и их жадность, и их идиотизм.

И их страх.

Аделис ухмыльнулся, прищурив ярко-карие глаза.

– Узнаю мою Никис.

Она не могла закричать. Не могла даже завизжать. Еще десять минут яростных споров шепотом ни к чему не привели. Его надо было поставить руководить осадой, подумала Никис.

Конец этому положил испуганный тюремщик. Он приоткрыл дверь и прошипел:

– Достаточно. Мадам Катай, вы должны сейчас же уйти. Я не могу ждать здесь дольше.

Аделис подтолкнул, тюремщик потянул – и она вновь оказалась на галерее, ошеломленная, в темноте.

Тюремщик отвел ее вниз по лестнице. Через боковую арку к задней двери.

Где их поджидал отряд из шести стражников и старшего капитана.

Тюремщик не выдавал ее; он заскулил, когда их грубо схватили. Открытый и поднятый фонарь разогнал тени.

– Где он? – в замешательстве спросил один из стражников.

Капитан шагнул вперед. Загнанная в угол, Никис откинула капюшон и вздернула подбородок. Протесты, отговорки и ложь замерли у нее на языке, приглушенные страхом. Подожди. Ничего не выдавай.

– Мадам Катай. – Капитан поморщился. – Не ожидал увидеть вас здесь в такой час.

Как ни странно, его ироничный тон придал Никис уверенности. Этот человек будет говорить, а не бить. По крайней мере, сначала говорить, а потом бить.

– Если бы кто-либо здесь обладал обычной галантностью или святым милосердием и позволил бы мне повидать собственного брата средь бела дня, я бы так и сделала. Но мне пришлось искать иные пути.

Капитан окинул взглядом съежившегося тюремщика.

– Вижу.

– Не надо его винить. Я, знаете ли, расплакалась.

Что было правдой, пусть и не всей. Никис подозревала, что капитан не из тех, кого смягчат женские слезы. Но пусть думает, что это был встревоженный родственный визит, а не попытка к бегству, и, быть может, бедному тюремщику придется не так туго.

– А где ваш брат?

– Там же, куда вы его и посадили. Несправедливо. – Она обнажила зубы в чем-то, едва ли напоминавшем улыбку. – Он утверждает, что Отец зимы подтвердит его невиновность.

Капитан тихо фыркнул, но отступил, чтобы шепнуть несколько слов двум своим людям. Те убежали прочь и несколько минут спустя вернулись с докладом:

– Генерал по-прежнему заперт в камере, сэр.

Капитан раздраженно уставился на Никис. Может, он надеялся поймать ее на месте преступления?

– Кстати, у нас ваши лошади и слуга, – небрежно сообщил он. – И явный избыток багажа для вечерней прогулки по городу. Вы так не думаете?

Никис вовсе не оставляла их у парадного входа в тюрьму. А значит, за ней следили – точнее, следили более ловко, чем она догадывалась. Едва ли

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.