Переносная дверь стр. 158
снизошла Софи. — Но...
— Знаю, — кивнул Пол. — А кроме того, шайка в "Дж. В. У. " не чародеи и ведьмы, а деловые люди, которые — так уж получилось — заняли эту нишу. — Он усмехнулся. — Если бы ты была, как они, и если бы у тебя была метла, чтобы на ней летать, на заднем конце у нее был бы стикер: "Моя вторая щетка — от "Аддидас"".
Она рассмеялась — скорее из солидарности, чем потому, что он ее рассмешил.
— Знаешь, если работа у них чему-то меня и научила, то только одному: важно не то, что ты делаешь, а каким ты при этом остаешься человеком. Ну, то есть у всех нас бывают нелепые или дурацкие идеи и о нас самих, и о других людях. А потом вдруг эти другие люди оказываются колдунами и гоблинами, и мы... — Софи пожала плечами. — Будь я по-настоящему храброй, то прокралась бы в их конференц-зал и хорошенько посмотрела на свое отражение в том столе. Кто знает, может, я бы кое-что про себя уяснила.
Пол покачал головой:
— У меня на это духу не хватит. К тому же я и так неплохо себе представляю, что увижу.
— Это ты так думаешь. Возможно, ты ошибаешься.
В этот момент Пол пожалел, что у него, нет под рукой пакетика не-изюма в шоколаде. А еще он был смертельно сконфужен — впрочем, не впервой.
— Не знаю, как ты, — сказал он, — а я голоден.
— Это ты-то голоден? Я ленч не ела.
— Нет, ела. Ты съела чипсы, когда думала, что мистер Уэлс не смотрит. Я видел.
— Ладно, пусть так, — улыбнулась она. — Мне нужно есть ленч. Если я не поем, то становлюсь раздражительна.
— Твоя правда, — кивнул Пол. — Чего бы тебе хотелось? Ну, в смысле из еды.
— О, я не привередлива. Пиццу?
Вот так они и пошли есть пиццу, как самые обычные люди, только Пол чувствовал себя, будто оказался в каком-то старом кино про войну, где галантные английские летчики бегут от фашистов через оккупированную Францию, при этом всячески выдавая себя за французов. Ему казалось, что в любую минуту появится кто-то из Реальной Жизни и потребует у него удостоверение личности, а как только это случится, станет очевидно, что он не имеет никакого права обедать, быть на свидании с девушкой, и тогда его арестуют и увезут в лагерь для военнопленных, на одиночное заключение до конца жизни. Он не мог отделаться от мысли, что все это довольно нечестно. Даже у Стива Маккуина был мотоцикл, а у него — всего-то переносная дверь, от которой пока никакого особого толку.
Но помимо этого... помимо этого, он поймал себя на том, что чем меньше старается, тем легче ему все дается. Начать с того, что Софи как будто была на его стороне, а не в оппозиции. Ему пришло на ум, что она уже довольно давно хотела с кем-нибудь поговорить — последние несколько недель, с той самой Ночи Гоблинов, когда их мир изменился безвозвратно, а ведь с тех самых пор самый логичный кандидат, ее коллега, отказывался произнести хотя