Переносная дверь стр. 167
снова появился гоблин. — Твоя подруга все больше дома сидит, да? — спросил он. — Впрочем, чему тут удивляться. Не раз удостаивавшийся наград Эшфорд Клент — третья самая высокооплачиваемая кинозвезда в мире. Тридцать миллионов баксов за картину, и будь в костлявом тельце твоей девушки хоть один гормон, ей не пришлось бы спрашивать почему. Как бы то ни было, мистер оскароносец только что купил замок Кадсли, что для нас очень кстати, — вам не пришлось мотать в Калифорнию.
Было ли это только воображение Пола, или при этих словах гоблин действительно ему подмигнул? Он готов был поклясться, что монстрик про дверь не знает, но теперь был не так уж в этом уверен.
— А кто эта женщина? — спросила Софи. — Я хотела сказать клиентка?
Гоблин поморщился.
— Не ваше дело, — отрезал он, — но я все равно скажу, потому что вам это не понравится. Ее имя вам знать не нужно, но она очень смышленая дамочка: обо всем, благослови ее Бог, сама додумалась. Очень просто — как просты все лучшие аферы. Она выходит замуж за Клента, потом по прошествии уместного времени с ним разводится. "Дж. В. У" получает два миллиона долларов наличными, она остается при остальном отступном, и все в выигрыше.
Выражение на лице Софи затупило бы клинок из закаленной стали.
— Если не считать актера, как там его зовут, — сказала она. — Или по прошествии времени зелье выветривается?
Гоблин рассмеялся:
— Ни в коем случае! Стопроцентная гарантия пожизненного действия. Нечастный будет любить ее до самой смерти, причем своей. Подумаешь, важность, — добавил он. — В конце концов в мире найдется пять миллионов женщин, которые свою мамочку зарежут, лишь бы погладить ношеные носки мистера Клента, уж его-то жалеть не надо. Идеальная справедливость, если хотите знать мое мнение.
Софи передернуло.
— Отлично, — проговорила она, — я всегда любила хеппи-энды.
—
Верно подмечено, — согласился гоблин, — парень знакомится с девушкой, девушка подливает парню отраву, они женятся. Не слишком оригинально, но, впрочем, все истории о любви — сплошное клише.
* *К удивлению и непреходящему сожалению Пола, все сработало как часы. В назначенное время оскароносный Эшфорд Клент вошел в бар и заказал пива. Софи (Пол решил, что она очень даже неплохо выглядит в наряде кельнерши, но сказать ей об этом не решился) умудрилась незаметно подлить две столовые ложки золотой жидкости в кружку Клента. А поскольку пиво было настоящим йоркширским элем, присущий ему гнилостный привкус нивелировал зелье, во всяком случае, до тех пор, пока не стало слишком поздно. Клент заснул еще до того, как Полу представился случай попросить у него автограф, что, возможно, даже и к лучшему.
Клиентка пришла минута в минуту, и Пол оставил ее сидеть против бога серебряного экрана за сигаретой и "Дейли телеграф гайд ту ивестмент менеджмент". Если верить гоблину, остаток вечера они были вольны делать, что вздумается.
Да, кстати, это мелкое ползучее существо, насколько мог судить Пол, не беспокоило ни его, ни Софи уже некоторое время, с самого брифинга. Разве слишком оптимистично надеяться, что оно наконец...
— Да, — сказал ему в ухо дребезжащий голосок.
— О, —