Перистая Женщина, или Колдунная Владычица джунглей стр. 68
крепко, что Айаса никак не мог вырваться.
Тогда мы с Айасой оба принялись ее вырывать. А умалишенный пришел в сознание – наверно, от наших сумасшедших рывков – и сжал руку Айасы даже еще крепче, чем прежде, и всякий раз, как мы ее дергали, только бесновато перекатывался по земле то туда, то сюда. Наконец, уверившись, что руку у него просто так не вырвешь, я подскочил к огненному горшку, и я вернулся с ним к умалишенному, и я вывалил ему на голову его бесноватое горшечное пламя. Тут уж, обожженный сумасшедшей огненной болью, он поневоле выпустил руку Айасы, и мы, без всяких колебаний,
пустились поскорей наутек. Ружье перед бегством я успел подобрать, но все дорожные припасы и оружие вроде луков со стрелами, которые подарил нам Бог грома, остались в пещере, где погибли наши друзья. Умалишенный, правда, тоже, я думаю, погиб – отомстительной смертью за убитых людей, – потому что больше, пока мы убегали, он нас не преследовал.
Мы убегали до рассвета, а когда рассвело, остановились отдохнуть и обессиленно сели на придорожный термитник. Нас обоих мучила мысль об убитых друзьях. С этой мыслью мы и пустились после отдыха в путь – на голодный, конечно, желудок, – потому что мысль об убитых отбила у нас аппетит. А в Город сокровищ мы пришли к пяти часам вечера.
Мы пришли туда к пяти часам вечера и спросили на улице у первого же прохожего, как нам добраться до дома старейшины. Прохожий проводил нас, куда нам хотелось, и мы застали старейшину в гостиной зале. Он сидел среди множества посетителей, так что нам пришлось подождать, пока они закончат свои дела. А потом мы сказали старейшине, что хотели бы у него остановиться до возобновления нашего путешествия. Он спросил, не ищем ли мы работу, но услышал от меня в ответ – и немедленно, – что мы явились к ним за сокровищами, или драгоценными металлами, чтобы отнести их в свою деревню. Хотя старейшину гневно поразил наш ответ, все же поселиться у него на время он нам разрешил. А Город сокровищ оказался редкостно драгоценный: золото, серебро, медь, алмазы и проч. валялись там вроде обычных булыжников, чуть ли не в каждом закоулке, но горожане не считали все это драгоценным. Драгоценным не считали, но и уносить не разрешали. Так что, услышавши от нас про наши умыслы, старейшина поспешно доложил о них королю, и за нами была установлена строжайшая слежка.
А мы тем не менее однажды ночью, когда все спали, сунули с Айасой – каждый себе в сумку – по большому золотому слитку. Но при выходе из города – хотя уходили мы очень осторожно и бесшумно – нас облаяли сторожевые собаки. Они лаяли так громко, что мгновенно перебудили почти всех горожан. Горожане сразу вспомнили про наш заранее объявленный умысел и поспешно отрядили за нами погоню. И нам не удалось утаиться от преследователей. Когда они нас поймали и после беспощадных побоев прямо на месте поимки, мы были посажены под замок в тюремный двор. И тюремщики били нас еще около часу – причем сначала, конечно, отобрали у меня мое ружье, а ведь без ружья на тюремном дворе от побоев не защитишься. Поэтому