Перо Демиурга, Том I стр. 139
грохотом оставляет в стене массивную вмятину.
Сразу же телепортируюсь под потолок, замирая в Теневом сдвиге. Поддерживаю себя в воздухе с помощью Левитации. Первым делом активирую С чистого листа и возвращаю себе Улыбку фортуны.
Дальше мне нужна секунда, чтобы осознать, что я жив. Чтобы сориентироваться. Составить план. Вбираю в себя всё происходящее.
Подо мной звездопад завершается, оставляя на месте когда-то прекрасных бирюзовых плит раскуроченную щебёнку и гравий. Больше половины статуй разрушено. В воздухе висит тяжёлый запах горелого человеческого мяса и нечистот. Господа мага напрасно столь плотно поели перед боем. Слышны всхлипывания раненых и хриплое дыхание ещё сражающихся.
При виде страшных разрушений мне в голову приходит одна мысль.
Пора бы им ввести страховку от визита «Ужасного Гвиндена». А то вечно после меня будто авиационная бомба рванула.Пытаюсь юмором подавить ком, подскочивший к горлу. Я несу с собой только смерть. Не хочу, чтобы именно это стало моим наследием.
Гаэллин отстреливается от Зарракоса. Архидруид снова в форме эльфа. По его приказу растительность всевозможных форм и расцветок набрасывается на тифлинга. Тот скачет кузнечиком, отрезая лианы, корни и стебли. Сжигает рой неприятного вида насекомых порывом пламени. Уклоняется от стрел и магических лучей. Никак не может подобраться поближе к противнику.
Он в плохой форме. На его лице глубокая рваная рана. Словно что-то попыталось оторвать ему голову, но удовлетворилось куском щеки и скулы. Из дырки на боку хлещет кровь. Она весело журчит по его корпусу, оставляя пятна там, где он только что был.
Амокир Кхадри переключается на Фурию. Она только-только отмерла над телом Соллеаса. Вероятно, стала свидетелем моей несостоявшейся гибели. Её беззвучный голос доносится изнутри моей головы.
«Ты жив? Господи!.. Мне показалось, что тот валун убил тебя. Сердце в пятки упало!»Не зевай! — с нажимом кричу в ответ, возникая позади асимара.Тот обеими руками формируют мелкозернистую электрическую сеть солидных размеров. Её и посылает в сторону орчанки. Я верю, что она сможет уклониться, поэтому концентрируюсь на противнике.
Вместе с шестёркой клонов мы заливаем Правую Длань шквалом ударов. Кинжалы и мечи звонко стучат по его барьеру. Плотному и крепкому, как металл. Архимаг скороговоркой выплёвывает слова заклинания, и его тело под слабеющим щитом превращается в живую молнию. Синяя плоть становится белоснежной. Сияющие глаза — огромными искрами. Вместо длинных волос вокруг его головы висит корона, сотканная из зарниц. Защита ублюдка вновь возвращает себе прочность.
А вот мои баффы уже исчезли.
Мне настолько не нравится его новый облик, что я вновь активирую Заячий бег. Он до сих пор на кулдауне, поэтому боль рвёт мои мышцы. Они звенят от напряжения, как до отказа натянутые тросы. Я перегружаю тело. Наношу ему реальный вред.
Раскат грома расходится во все стороны от Амокира, уничтожая мои копии. Еле успеваю прыгнуть на другой конец зала. В своей новой ипостаси асимар ускоряется в разы.
Он парит над разломанным полом, посылая пучки молний в мою стороны. Призывает грозовое облако над нашими головами. Воплощает огромную бесплотную ладонь из искрящих потоков.
Фурия сражается под Слиянием. Я вижу это по переливающемуся каркасу из света вокруг её доспехов. Она смело врубается в волшебника. Глефа так и свистит в её руках, ускоряясь с каждой секундой. Изогнутые