Первый закон. Трилогия: Кровь и железо. Прежде чем их повесят. Последний довод королей стр. 3001
руины. Смерть. Люди умирают каждый день. Сколько жизней я разрушил своими руками? Почему же так больно видеть это?»
Он подался вперед, словно желая помочь.
– Ваше преосвященство, – хрипло произнес Вест и слабо улыбнулся. – Или… можно назвать вас братом?
– Вест… Коллем… Я так рад вас видеть…
«Так радостно… и горько».
Следом за Вестом в кабинет вошли офицеры.
«Весьма способного лейтенанта Челенгорма я помню, теперь он майор. И Бринт стал капитаном благодаря повышению друзей. Маршала Кроя мы знаем и ценим по закрытому совету. Поздравляю всех с повышением».
Позади всех шел худощавый человек с жутко обожженным лицом.
«Но мы, в отличие от остальных, не чувствуем
к нему инстинктивного отвращения».
Присутствующие с тревогой следили за Вестом, готовые в любой момент поддержать его, если он не устоит на ногах. Вест прошаркал вокруг стола и обессиленно опустился на стул.
– Надо было собраться у вас, – сказал Глокта.
«Надо было навестить тебя раньше».
Вест изобразил жалкое подобие улыбки. Мелькнули пустые десны.
– Глупости! Вы очень заняты, ваше преосвященство. А я сегодня чувствую себя гораздо лучше.
– Превосходно. Очень… хорошо. Я чем-то могу помочь вам? – «А что тут поможет?» – Хоть чем-то?
– Не думаю, – покачал головой Вест. – С этими джентльменами, вы, без сомнения, знакомы, кроме сержанта Пайка.
Человек с обожженным лицом кивнул.
– Приятно познакомиться.
«Всегда приятно встретить того, кто уродливее тебя».
– Моя сестра сообщила мне… радостную новость.
Глокта поморщился, боясь взглянуть на старого друга.
– Простите, мне следовало просить вашего разрешения, Вест. Но дела, заботы, времени в обрез…
– Да, конечно. – Вест пристально посмотрел на него. – Она мне объяснила. Я рад, что о ней будет кому позаботиться.
– Не беспокойтесь, я пригляжу за ней. Ее больше никто не обидит.
– Вот и славно. – Впалые щеки Веста дрогнули, он потер скулу. Под ногтями черной каймой запеклась кровь. – За все надо платить. За все наши поступки, да, Занд?
Глаз Глокты задергался.
– Похоже на то.
– У меня зубы выпали.
– Вижу. Сочувствую. Впрочем, суп…
«Совершенно ужасен».
– И хожу я с трудом…
– Как я тебя понимаю! Ничего, трость станет твоим лучшим другом.
«Как вскоре стала моим».
– Я превратился в жалкого калеку.
– Мне больно за тебя.
«По-настоящему больно. Больнее, чем за себя».
– И как ты это терпишь?
– Понемногу, дружище. Понемногу. Держусь подальше от лестниц – и от зеркал.
– Разумный совет, – сказал Вест и гулко закашлялся. – Похоже, мне уже недолго осталось.
– Да что ты!..
Глокта протянул руку, будто хотел похлопать друга по плечу, ободрить и утешить, но тут же неловко отдернул ее.
«Не получится».
Вест облизнул пустые десны.
– Так мы и умираем – не в атаке, не в ореоле славы. Мы просто разваливаемся на куски, рассыпаемся в прах.
Глокта хотел сказать что-то жизнеутверждающее.
«Мне этого не дано. Такие слова должны звучать из юных уст, изо рта, полного зубов».
– На поле боя погибают счастливчики. Они остаются в памяти вечно юными, осененными славой.
– Это для счастливчиков, – прошептал Вест. Глаза его закатились, он покачнулся и накренился вбок.
К нему подскочил Челенгорм, подхватил на руки, не дал упасть на пол. Веста стошнило.
– Быстро назад, во дворец! – приказал Крой.
Бринт распахнул дверь, Челенгорм и Крой вынесли Веста в коридор. Обмякшие ноги волочились по полу, плешивая голова безвольно свисала на грудь. Глокта ошарашенно глядел им вслед,