Песнь Перна стр. 118
хозяйству, старательно драили песком парадную металлическую посуду.
– Тетушка, мне нужна миска – помыть зелень, – сказала Менолли, протиснувшись к шеренге каменных раковин.
– Для старых рук зелень-то будет получше, чем песок, – дрожащим голосом отозвалась старушка, с готовностью переставив груду тарелок в соседнюю раковину, и пустила струю воды.
– В траве тоже полным-полно песку, – язвительно заметила одна из женщин.
– Ничего, я его быстро смою, – сказала услужливая старушка. – А золотожилки-то сколько! И где ты только ее выискала, доченька, да еще так рано?
– На полпути к Нерату.
Менолли едва удержалась от хохота, услышав, как женщины встревоженно закудахтали. Они и в самый ясный день не осмеливались выбраться дальше окраины холда.
– Ах ты, озорница! Разве не знаешь, что в любую минуту могут появиться Нити? А про парус слышала? Как ты думаешь, кто это может быть? Новый арфист – кто же еще!
Они захихикали и загалдели, обсуждая достоинства нового арфиста.
– Сюда обычно присылают молоденьких.
– Но Петирон-то был старик!
– Не всегда – как и мы с тобой!
– Можно подумать, что ты помнишь!
– А почему бы мне и не помнить? Я пережила больше арфистов, чем ты, подружка!
– А вот и нет! Меня привезли сюда из Исты, из Красной пустыни.
– Совсем спятила, дуреха! Ты ведь родилась здесь, в Полукруглом, и не у кого-нибудь, а у меня!
– Нет, вы только послушайте…
Менолли выслушивала перепалку четырех старух, пока Мави не явилась узнать, вымыта ли зелень, и где все парадные тарелки, и как можно что-нибудь успеть с этими старыми сплетницами.
Девочка отыскала большое решето, вывалила в него всю траву и принесла на обозрение матери.
– Ладно, для главного стола, пожалуй, хватит, – решила Мави, вороша вилкой сверкающую зеленую груду. Потом оглядела дочь. – Не можешь же ты появиться перед гостями в таком виде. Эй, Барди, возьми зелень и заправь ее соусом – тем, что хранится в коричневой банке на четвертой полке в кладовой. А ты, Менолли, изволь привести себя в порядок и прилично одеться. На твоем попечении будет старый дядюшка. Как только он откроет рот, сразу суй туда что-нибудь – иначе нам придется слушать его весь вечер напролет.
Менолли застонала. Запах, шедший от старого дядюшки, был пострашнее его болтовни.
– Но, Мави, Селла справляется с ним куда лучше…
– Селла будет прислуживать у главного стола. А ты делай, что тебе велено, да будь довольна!
Мави пронзила непокорную дочь грозным взглядом, напоминая о пережитом позоре. Но тут ее позвали попробовать подливку для тушеной рыбы.
Менолли нехотя побрела в купальню, стараясь убедить себя в том, что ей действительно повезло: могли ведь и вовсе не пустить на порог зала. Хотя возиться со старым дядюшкой – немногим лучше. Просто Янус, свято чтивший традиции, считал, что все домочадцы должны присутствовать на встрече нового арфиста.
Менолли скинула испачканную одежду и плюхнулась в теплую воду. Она вертелась из стороны в сторону и поводила плечами, стараясь, чтобы вода безболезненно смывала грязь с воспаленной спины. Песок набился в волосы – пришлось вымыть их тоже. Девочка спешила: ее ожидал старый дядюшка. Хорошо бы успеть устроить его у очага, пока народ еще не собрался к ужину.
Менолли рискнула проскочить прямиком через верх, надеясь, что в эту пору ей никто не встретится. Кое-как прикрывшись грязной одежонкой,