Песнь Перна стр. 199
сил хватит. А я немедленно укладываю девочку спать. Если бы ты, Т’геллан, мне помог…
Честя всех подряд, Сильвина принялась проталкиваться сквозь толпу, увлекая за собой Менолли и Т’геллана. Арфисты с готовностью расступались – почтительно и чуть насмешливо.
– Уже слишком поздно, чтобы вести ее к Данке, где живут остальные девочки, – решила Сильвина. – На эту ночь устроим ее в комнате для гостей.
Не разглядев в темноте каменных ступней, Менолли больно ушибла пальцы ног. Невольно вскрикнув, она вцепилась в руки спутников.
– Что с тобой, дитя мое? – встревожилась Сильвина.
– Ноги… я ушибла пальцы, – сквозь слезы проговорила Менолли.
Ей не хотелось, чтобы Сильвина посчитала ее плаксой и трусихой.
– Давай-ка я лучше тебя понесу! – предложил Т’геллан, и не успела девочка возразить, как сильные руки всадника уже подхватили ее. – А ты, Сильвина, показывай дорогу.
– Ох уж этот Робинтон, – ворчала Сильвина. – Сам может не спать ночи напролет, так думает, что и остальные…
– Что ты, он не виноват! Он так много для меня сделал… – перебила ее Менолли.
– Скажешь тоже, Менолли! Он сам у тебя в большом долгу, – с загадочной усмешкой изрек всадник. – Сильвина, по-моему, стоит показать ее ноги вашему лекарю, – продолжал он, поднимаясь с Менолли на руках по широкой лестнице, что вела от главного входа. – А знаешь, как мы ее нашли? Она пыталась обогнать передний край Нитей!
– Да неужто?
Сильвина оглянулась на Менолли, ее зеленые глаза от удивления стали еще шире.
– И это ей почти удалось. Только вот ступни сбила до самых костей. Один всадник из моего крыла заметил ее сверху и отвез в Бенден-Вейр.
– Сюда, Т’геллан. Постель слева, у стены. Сейчас приоткрою светильники…
– Я и так вижу.
Т’геллан бережно опустил девочку на постель.
– Пожалуй, я отворю ставни и впущу сюда ее файров, пока они чего-нибудь не натворили.
Менолли в изнеможении погрузилась в мягкое тепло тюфяка, набитого душистой травой. Перевязанный бечевкой узелок с вещами она положила рядом, но на то, чтобы натянуть на себя сложенное в ногах постели меховое покрывало, сил уже не осталось. Дождавшись, когда Т’геллан распахнет вторую створку, она позвала файров.
– Я столько слышала про огненных ящериц, – говорила тем временем Сильвина, – а вот видеть довелось только маленькую королеву лорда Грожа, когда… Силы небесные!
Услышав испуганный возглас женщины, Менолли с трудом выкарабкалась из толстого тюфяка и увидела, что вокруг Сильвины кружится разноцветный хоровод файров.
– Так сколько, говоришь, их у тебя?
– Всего-навсего девять, – посмеиваясь над растерянностью Сильвины, ответил за Менолли всадник.
А женщина вертела головой, стараясь получше рассмотреть без устали кружащихся непосед.
Менолли строго приказала своим питомцам немедленно приземлиться и сидеть смирно. Крепыш и Нырок уселись на стол, а самая смелая, Красотка, по привычке примостилась у Менолли на плече. Остальные устроились на подоконнике, их сверкающие глаза тревожно и недоверчиво горели оранжевым огнем.
– В жизни не видела более прелестных созданий! – воскликнула Сильвина, не в силах оторвать взгляд от пары бронзовых.
Поняв, что слова женщины относятся к нему, Крепыш чирикнул в ответ и, сложив крылья, поклонился.
– Добро пожаловать к нам, бронзовый красавец, – рассмеялась Сильвина.
– Если не ошибаюсь, этого юного нахала зовут Крепыш, – пояснил Т’геллан, – а второго бронзового – Нырок. Так, Менолли?
Девочка кивнула – она так устала, что была только благодарна всаднику за то, что он взял объяснения на