Библиотека

Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 157

Размер шрифта
-
+
Тема

выращенного в чане. — Туржан криво улыбнулся. — Подходящая плата за использование тобой другого глаза.

— Так вы… не станете меня выгонять?

Туржан откинулся на спинку стула.

— Как раз наоборот, я доволен, что ты столь мастерски управляешься с оком. Все не так плохо, как тебе кажется. Но скажи, что же тебе понадобилось в замке Чуна?

— Ничего, — сказал Боск. — Я просто экспериментировал.

Туржан вздохнул.

— Ты рановато начал лгать своему учителю. Уловки меня не удивляют. — Он бросил взгляд на дочь, и она тотчас же уставилась в свою тарелку. — Но откровенная ложь — плохая основа для отношений между учителем и учеником.

Боск выпрямился.

— Господин, я искал золотую нить, вырванную из гобелена.

— А-а, Лит.

Боск кивнул.

— Но у Чуна этой нити не оказалось.

— Кажется, я предупредил, что Лит — дама, с которой лучше не встречаться.

— Я обязан ей жизнью, господин. Я бы предпочел вернуть долг.

— Быть может, ради этого она тебя и спасла?

Боск позволил такой мысли войти в свой разум и не испытал негодования. Даже если все так и было, он не мог забыть, какими печальными стали глаза Лит, когда она заговорила про Аривенту.

— В любом случае, — негромко проговорил он, — я больше ничего не могу для нее сделать. Нить исчезла, и вряд ли Чуна удастся разговорить, чтобы узнать, куда она подевалась. — Боск устремил на Туржана взгляд, полный надежды. — Может, еще один искусственный золотой глаз?

— Я предпочел бы избежать новых встреч с Чуном, юный Боск.

— Твк должны знать, где нить, — сказала Рианна.

Боск повернулся к ней.

— Конечно, им придется заплатить.

Юноша снова посмотрел на Туржана.

— Вы знаете, что они хотели бы получить в качестве платы. Я все возмещу, даю слово.

— Ты сам все это начал, юный Боск, — произнес Туржан. — Продолжай учиться. Возможно, когда-нибудь ты поймешь, как достичь цели.

— Возможно, — сказал Боск. Все было безнадежно.

Той ночью он думал о Лит, как уже случалось не раз. Но, вспоминая страх, охвативший его при мысли об изгнании, он также думал о своем доме. Неужели его и в самом деле приняли бы назад, как когда-то уверял Туржан, или же на самом деле отец, как и Флувио, рад был от него избавиться? Когда стареющее солнце заглянуло в его спальню, он решил послать пронырливое око в Северный Предел, чтобы разобраться, какое из двух предположений верно. В утреннем свете его старая комната выглядела такой же, какой он ее оставил; даже пыли не было видно, точно кто-то держал помещение наготове к его возвращению. На мгновение это воодушевило Боска, но потом он вспомнил, что слуги ни

за что бы не позволили ни одной части дома покрыться пылью.

И вот в этот момент юношу и охватила тоска по родным местам. В его комнате хранились памятные вещицы из детства: горсть зеленых серпентиновых камешков, собранных во время первого путешествия в шахты; несколько хрупких птичьих черепов, обнаруженных под кустом в саду; чашка, которую он вылепил из глины и обжег в самодельной печи. Посудина была черная, покрытая трещинами — не чашка даже, а то, что от нее осталось, после того как печь взорвалась и уничтожила флигель, служивший Боску мастерской. Отец этому совсем не обрадовался.

Юноша придвинул око к камешкам. Какая жалость,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.