Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 19
преследователь попытается пересечь барьер, он будет жестоко наказан.
— Но знает ли гуль об этом? — спросил гость и снова посмотрел в окно.
Хозяин также уставился в темноту.
— Видишь, как вздрагивают ноздри на его бледной морде, — заметил он. — Тварь чует запах магии и не решается подойти ближе.
— Но и далеко не отходит.
Свисающая на глаза странника прядь черных волос дергалась вместе с кожей в ответ на каждую гримасу его подвижного лица.
— Он увязался за мной, когда я проходил мимо деревни. Но решился напасть лишь после того, как солнце скрылось за холмами. Если ты не откроешь…
— Здесь ты в безопасности, — успокоил мастер. — В
конце концов гуль уйдет искать другую добычу.
Он пригласил странника в гостиную и усадил возле камина. Я полетел вслед за ними и устроился на верхней полке буфета.
— Ты что-нибудь ел сегодня?
— Только то, что собирал в лесу по дороге, — ответил гость, усаживаясь в кресло.
Он больше не бродил из угла в угол, зато глаза его рыскали по заполненным посудой полкам буфета, словно гость решил составить опись имущества, одновременно оценивая стоимость каждого предмета и всех их вместе.
— Могу предложить тушеные сморчки — я их выращиваю прямо в саду — и остатки вчерашнего стигла, — сказал мастер. — А еще половинку хлебной лепешки и небольшой бочонок темного эля.
Странник гордо вскинул острый подбородок.
— Выбирать не приходится.
Они уселись у огня, держа миски на коленях. Очевидно, гость успел представиться до моего появления в доме, потому что хозяин обратился к нему по имени:
— А теперь, Гролион, поведай мне свою историю.
Гость постарался придать своему лисьему лицу выражение аристократа, испытывающего нелегкие времена.
— Я должен был унаследовать титул и владения в Альмери, но в результате подлых интриг лишился всего имущества. Сейчас я странствую по свету и ожидаю подходящего момента, чтобы вернуться и силой восстановить справедливость.
— Говорят, — задумчиво произнес мастер, — что в мире, каким мы его знаем, все устроено правильно, поскольку мудрый творец никогда не допустит нарушения равновесия.
Гролиона такое суждение оставило равнодушным.
— На мой взгляд, мир — это арена, на которой деятельные и смелые люди способны управлять ходом событий.
— И ты один из таких людей?
— Да, — согласился странник, отправляя в рот кусок стигла. На мгновение он замер, оценивая вкус, а затем принялся энергично жевать, зажмурив глаза от удовольствия.
Обдумывая услышанное, я пришел к двум заключениям. Во-первых, если этот парень и жил какое-то время в Альмери, он все же не мог быть отпрыском знатной семьи. Альмериийские аристократы произносят звуки «д» и «т» с двойным придыханием, словно заикаясь, а в его речи я ничего похожего не заметил. Во-вторых, на самом деле его зовут не Гролионом. Иначе я просто не сумел бы удержать в памяти его имя, как не могу запомнить имена нынешнего мастера и надзирателя. В моем теперешнем облике мне не по силам справиться с магией истинных имен — как и с любой другой магией, требующей хорошей памяти. Если бы я был на это способен, то давно бы отомстил, быстро и безжалостно.
Мастер наклонил миску, чтобы зачерпнуть последнюю ложку тушеных сморчков, и вдруг оглянулся в мою сторону. Я тут же спрятался, но было поздно. Он поднес к губам висевший на