Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 321
тому же я должен еще заплатить за изгнание козла.
В следующий момент одновременно произошло несколько событий. Резко и хрипло заговорила Хисс, посылая Краснарка в непристойном направлении. Взвыл оскорбленный трактирщик. А внизу раздался грохот, и из-под проваливающегося пола показался козел-кровопийца Глиниц.
— Прибегнем к самопереносу, — безапелляционно приказала Хисс. — Эвилло, не отрывай глаз от видения в кольце и больше не позволяй себе никаких мыслей о пристанищах твоего дурацкого Кугеля.
Сера, горевшая в трактирных лампах, взорвалась, разметав по сторонам чистейшее васильковое пламя. А потом были лишь туман и кружение.
6. НЕМЕРКОРИЛВо все стороны до самого горизонта простирался чарующий озерный край Немеркорил. Эвилло казалось, что он уже когда-то видел эти земли, сотворенные неведомыми богами и раскрашенные во всевозможные легчайшие оттенки синего и зеленого. Небеса над головой тоже сияли переливами нефрита и лазури, и у этого света не было источника — точно живые сумерки играли под полной, добела раскаленной луной.
Эвилло огляделся в поисках Хисс. Но улитка снова куда-то исчезла. Вместо нее рядом с юношей на берегу озера сидел величественный молодой человек, на вид ровесник Эвилло. Незнакомец оказался высок и хорошо сложен, его длинные волосы отливали медью, а цвет глаз повторял оттенок самого темного малахита, и в тон им был блекло-голубой и сапфировый бархат одежд человека, семь верхушек широкополой шляпы которого отливали кармином.
— Можешь любоваться, — неожиданно заявил юноша снисходительным тоном. — Помнится, в прошлом мой чарующий вид притягивал все взгляды.
— Где Хисс? — спросил Эвилло.
— Ха! А как по-твоему?
— Ты… она?
— Естественно. Я принц Хисс. Знаю, ты простак. И вникать во все детали тебе ни к чему.
— А это место?..
— Прелестный уголок Немеркорил, где никогда не светит солнце — а значит, оно никогда здесь и не погаснет. Это мое королевство, из которого я был изгнан вследствие козней колдуна Кастераспекса. А вот, полагаю, и мой клариот.
И действительно, по берегу плавно ступал, потряхивая украшенной четырьмя рогами головой и фисташковой
гривой, мощный, ухоженный и уже заседланный скакун.
Поднявшись, принц, бывший недавно улиткой, легко взлетел в седло и любезно предложил Эвилло:
— Беги рядом со мной, если хочешь. Я еду домой, в несравненный дворец Фурн.
Эвилло, не видя иных вариантов, послушался принца.
А Хисс принялся излагать свою историю, поясняя и роль Эвилло в ней:
— Катераспекс вторгся в мои владения, воспользовавшись теориями Фандааля о самопереносе, которые ему, презренному Катераспексу, каким-то образом — несомненно, случайно — удалось постичь. И он вторгся на территорию Немеркорила. Я, конечно, противостоял ему. Однако, хоть я и искушен в чудотворчестве, негодяй одолел меня, прибегнув к хитрости, слишком многосложной, чтобы ее объяснить, — для этого потребовалось бы очень много времени, гораздо больше, чем мы провели вместе, да и разум твой, признаться, чересчур ограничен. Достаточно сказать, что Катераспекс забросил меня в иной мир, лишив возможности открыть кому-либо мою истинную сущность. Впрочем, по Закону Равновесия, разбойнику пришлось позволить мне сохранить некоторые преимущества — включая знания и умения в определенных сферах и память о тех магических формулах, которыми я овладел. Еще по небрежению колдуна я не утратил свой королевский меч, костюм принца и кольцо — символ моей власти. Но опять-таки злая воля коварного мага постаралась сделать так, чтобы я не мог воспользоваться ни одним