Петька Дёров стр. 412
березы. В голубом небе медленно проплыла чайка.
И в этот момент стоявшую на кладбище жуткую напряженную тишину разорвал сухой треск автоматов.
Назаров пошатнулся и сделал два шага в сторону, прочь от ямы. «Но почему нет боли?» — подумал он.
И, взглянув туда, где только что стояли гитлеровцы, увидел, как в предсмертных судорогах они корчились на земле. И еще заметил, как комендант, шмыгнув в толпу жителей, спрятался за каменную ограду.
Выскочив из-под обрыва, к Назарову бежали партизаны. Веревки на его руках разрезал Васька Иванов. Увидев за оградой пять вооруженных гитлеровцев, Иванов успел крикнуть: «Ложись!» — и упал между могил, пряча голову за камни.
Назаров свалился рядом, прижимаясь к Иванову. Автоматные очереди затрещали из-за ограды, осыпая пулями кресты, от которых летели щепки. Жители в страхе метнулись в стороны, кто куда…
Услышав частую ружейную и автоматную стрельбу, два гитлеровца, оставшиеся у катера, схватив оружие, тоже побежали к церкви, где, по их мнению, шел уже настоящий бой.
Уцелевший комендант, увидев солдат с катера, подозвал одного из них и приказал — срочно мчаться в Псков за подмогой, от страха наврав, что партизан на острове — уйма.
— Ну, Вася, на баркас нельзя, — быстро бросил Иванову Назаров. — На воде перестреляют нас, как уток.
— Нет. Будем драться на острове, — ответил Иванов. — Заходи в тыл, — крикнул он одному из своих партизан. — Туда, за развалины!
Но в это время как раз оттуда, куда указывал Иванов, раздалась автоматная очередь.
Немцы не наступали, но и не отступали. Ограничиваясь тем, что обстреливали партизан из-за укрытия, они, очевидно, выжидали подкрепления. Партизаны постепенно отходили к церкви, стоявшей неподалеку от кладбища. Отступать дальше было некуда. Спереди и с боков стреляли. На берег — верная смерть.
— В церковь! — крикнул Назаров.
Но большая железная дверь оказалась закрытой.
— Сюда, — крикнул один из партизан. — Здесь окошко.
Поочередно, отстреливаясь от наступавших, партизаны пролезли в маленькое окошко и скрылись в церкви.
— Наверх,
на колокольню, — скомандовал Назаров, оставив одного на страже около окошка. — Пусть теперь попробуют сюда нос сунуть. Крепость неплохая.
Старинная каменная церковка с ее стенами трехметровой толщины действительно представляла маленькую крепость.
Заняв обе площадки колокольни, партизаны начали обстрел гитлеровцев. Бросали гранаты, били из автоматов. В горячке боя никто не обратил внимания, что среди засевшей на колокольне группы не было Петьки с Зозулей.
А мальчики, во время отступления отставшие от своих, укрылись в развалинах каменного дома и издали наблюдали за боем.
— Слышь, Петя, — сказал Зозуля. — А если еще подъедут? Тогда партизанам крышка.
— Откуда подъедут? — спросил Петька.
— С Пскова. Оттуда каждый день катер ходит.
Солнце освещало багряным блеском позолоченный купол церкви, из которой раздавались автоматные очереди партизан.
— Зозуля, знаешь что, — вдруг встрепенулся Петька, — бежим в церковь.
— Как? — спросил Зозуля. — Ведь церковь фрицы окружили. Убьют нас.
— Забыл, что ли! А подземный ход от берега?
— И правда, забыл. Бежим!
Но когда до отверстия, ведущего в подземный ход с берега, оставалось каких-нибудь пятьдесят метров, ребята увидели здоровенного эсэсовца, ходившего по берегу озера.
— Берег охраняет, — прошептал Петька, прячась за камень.
— Что делать? — спросил Зозуля.
— Эх, винтовку бы, — вздохнул Петька, — или ружье какое-нибудь! Трахнул бы его — и конец.
Зозуля потянул Петьку за рукав.
— Петь, у дяди Никиты