Петька Дёров стр. 417
Тоже друг называется.
Петька засмеялся.
— Гитлеровскую рыбу ловить молча нужно, — объяснил он. — Теперь и ты молчать будешь, — а то какой из тебя разведчик!
— Ну, не сердись, дай лапу!
Мальчики крепко, как взрослые, пожали друг другу руки.
Зозуля долго смотрел вслед уходившим Назарову и Петьке.
Смерть деда ИгнашкиВ конце сентября 1943 года, переходя из Полновского района на новое место назначения, в Новосельский район, поближе к Варшавской железной дороге, отряд остановился в большом лесу, чтобы удобнее совершать диверсии на «железке», как партизаны называли железную дорогу. Партизанские связные ходили в Новоселье свободно и приносили оттуда все новости о гитлеровцах и их передвижениях, собранные с помощью местных подпольщиков. Партизанские диверсии на железной дороге не давали гитлеровцам подвозить боеприпасы и снаряжение на Ленинградский фронт.
Но как-то пришедший из Новоселья связной доложил, что немцы усилили охрану районного центра. На всех дорогах стоят посты. Они проверяют каждого направляющегося в Новоселье и разрешают вход лишь тем, кто имеет особые пропуска и числится у них на работе, а остальных задерживают. На станции стоят три эшелона, и их очень сильно охраняют. Один эшелон нагружен бочками — вагоны открытые, а два составлены из закрытых вагонов, что в них, — неизвестно. И у каждого эшелона по двое часовых. Все три состава загнаны в тупик, по-видимому на долгую стоянку.
Командир отряда Николаев задумался.
— Как, по-твоему, Сергей Андреевич, — что там может быть? — спросил он у комиссара.
— По-моему — вот что, — ответил Чернов: — немцы делают запасы бензина для танков и самолетов, а в закрытых вагонах, я считаю, артзапас для отступающей армии. Ведь как ни скрывают это немцы, а армии-то приходится отступать. Однако следует уточнить. Для этого пошлем нашего связного к подпольщикам, работающим на станции, и попросим выяснить точно всю обстановку.
Был отправлен новый связной. Через три дня он вернулся.
— А мы думали, что ты уж и совсем пропал, — встретил его Николаев. — Давай выкладывай, что нового.
Связной еще раз подтвердил, что вход в Новоселье очень труден, — все дороги охраняются патрулями. Он прошел только благодаря предусмотрительно данной ему справке, что он — староста. Поверив его заверениям, что он идет по делам к коменданту, часовые, тщательно обыскав, пропустили его.
Предположения Сергея Андреевича оправдались. Подпольщики — работники станции — просили передать, что, будь у них взрывчатка, можно было бы попытаться взорвать эшелоны.
— Мысль хороша. Не оставлять же боеприпасы гитлеровцам, — сказал комиссар.
Но как переправить взрывчатку?
— Это дело наладим, — уверенно проговорил командир отряда.
Решено было отправлять взрывчатку не прямо в Новоселье, а переслать ее окольным путем.
В деревушке, неподалеку от районного центра, жила у своей родственницы одна москвичка. Перед самым началом войны приехала в отпуск, не успела вовремя уйти, да так и осталась. Красивая, неглупая и энергич-ная девушка, работавшая раньше шеф-поваром в одном из московских ресторанов, сейчас служила в Новоселье, в немецкой офицерской столовой. Это место посоветовали ей взять связанные с партизанами сельские комсомольцы, в расчете, что здесь она сможет добывать нужные сведения о гитлеровцах. Расчет оправдался. За красивой москвичкой вскоре стал сильно ухаживать обер-лейтенант из хозяйственной комендатуры. Девушка держала себя строго, но поклонника не отпугивала, а всё, что узнавала от него, немедленно передавала партизанам через комсомольцев-связных.
Всё это