Библиотека

Пять скачков до горизонта стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

другой «американке». Отчим добродушно отверг эти «клеветнические измышления» и начал готовить боеприпасы для первой стрельбы: взвешивать на аптечных весах порох и дробь и набивать картонные патроны двенадцатого калибра…

Надо сказать, что отчим не зря верил в свой успех. После первых же соревнований он явился домой со скромно-загадочным видом.

Мама тем не менее привычно принюхалась и спросила:

– Ну что? «Победила дружба»? – (Уже в те времена была в ходу эта фраза, которой утешали спортсменов-неудачников).

– Отнюдь… – сдержанно отозвался отчим. – То есть дружба, конечно, победила, но и сам я… кое-что… – И вытащил из охотничьей сумки завернутый в газету небольшой хрустальный кубок. Оказалось – приз за третье место. И весь вечер в доме было праздничное настроение. Даже Лёка прыгал в своей младенческой кровати, держась за деревянную решетку, как за корабельный поручень. Мама не сказала ни слова, когда отчим вслед за кубком осторожно достал из сумки (под названием «ягдташ») красноголовую четвертинку…

Вскоре отчим уже носил на своей черной гимнастерке круглый значок с изображением стрелка и зеленой ленточкой третьеразрядника. А потом появился значок с синей ленточкой – второй разряд…

Правда, однажды отчиму сильно не повезло. В траншее под стендом он помогал налаживать машинку-катапульту, и она, заряженная, вдруг сработала и выбросила твердую тарелочку ему в лицо… Много дней потом голова отчима представляла сплошной марлевый кокон. Однако, это не ослабило его спортивного энтузиазма. Он и после занимал в соревнованиях призовые места…

Случалось, я помогал отчиму снаряжать патроны. Взвешивал заряды, вставлял особой машинкой в гильзы капсюли-пистоны, похожие на крохотные зеркальца. Особой острой формочкой вырубал из старых валенок пыжи для пороха. И в награду за старания отчим однажды взял меня с собой на стенд.

Кажется, это произошло летом сорок восьмого, после третьего класса. Я был горд. Но мне хотелось быть на соревнованиях не просто зрителем, а иметь хоть какое-то отношение к команде, за которую выступал отчим. И я «поимел».

Отчим присвоил мне звание «активного болельщика» и попросил маму пришить на рукав моей ковбойки нашивку спортивного общества.

Он состоял тогда в обществе «Большевик». Вот парадокс! Человек, немало пострадавший от власти большевиков и совершенно беспартийный, оказался в команде с таким названием! Но, видимо, выбирать не приходилось… Кстати, потом «Большевика» переименовали в «Искру». Видимо, начальство сочло, что слишком партийное имя не годится для спортивного общества. Тем более, что эмблема была не совсем «революционная» – красный флаг с зеленой полосой посередине (на ней и выделялось слово «Большевик»), опоясанный какой-то непонятной окружностью. Эмблему сохранили, но вписали в нее новое название. Но это уже позже, где-то через год…

Впрочем, идеологический смысл нашивки меня ничуть не занимал. Главное, что я стал почти членом команды. Гордо заправил ковбойку в широкие брюки (они были из материи, похожей на мешковину, зато длинные, сшитые по всем правилам), и лихо бросил на плечо ремень игрушечного автомата…

Об этом автомате я уже где-то рассказывал, но придется упомянуть снова – «для связности содержания». После войны на складах оружейных заводов остались, видимо, немалые запасы деревянных прикладов для «пистолетов-пулеметов Шпагина (ППШ)». Теперь уже ненужные. И догадливые люди пустили их на игрушки для мальчишек. Вместо железных стволов и дисков приделывали к прикладам деревянные и продавали это

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.