Пятая профессия стр. 305
было бы все запечатлено или, что еще лучше, заставил бы нанятых актеров разыграть фиктивные события… Если бы накачал вас амфетаминами для того, чтобы процесс запоминания прошел быстрее… а по окончании всего этого с помощью электрода «запаял» бы кое-какие нейроны, чтобы все воспоминания об операции начисто стерлись… тогда вы помнили бы то, чего никогда не происходило, и забыли бы о настоящих событиях.
— Так нам устроили промывание мозгов?
— Нет, — покачал головой Сантицо. — Промывание мозгов довольно грубое выражение и впервые появилось во время войны в Корее. Оно применяется для описания процесса, когда пленника вынуждают согласиться с глубоко чуждыми ему политическими убеждениями. Методология разработана в СССР и базируется на теориях Павлова о стимуле и реакции на него. Подвергните пленника непрекращающимся пыткам, погрузите его в пучину боли, сломайте его дух, а затем предложите награду, если он согласится предать свою горячо любимую страну. Как мы знаем, некоторые не смогли противостоять пыткам. Но что самое странное и чудесное, большинство справилось с бедой. Особенно, когда к павловской теории обработки добавлялись психосуггестивные наркотики. Но если вы просмотрите пленки из далеких пятидесятых, то увидите, что пленников, подвергавшихся подобным процедурам, всегда можно было отличить от остальных, потому что они и выглядели соответственно, как обрабатываемые. Изможденные лица. Трясущиеся руки. Остекленелые глаза. И их признания в совершенных ими военных преступлениях казались неубедительными. У вас обоих подобных симптомов не наблюдается. Вы напуганы — да, это видно. Но вы дееспособны. Никаких подобных вышеописанным внешних проявлений у вас не наблюдается. Вы совершенно здоровые во всех отношениях личности. Не собираетесь сдаваться и оставлять свою профессию. Нет, обработке вас не подвергали. Проблема ваша устремлена отнюдь не в будущее. Вас не программировали для совершения каких бы то ни было поступков в будущем. Что-то произошло в вашем прошлом. Или не произошло. А что произошло на самом деле, этого вы не помните.
— Но зачем с нами все это сделали? — недоумевал Савидж.
— Зачем? Единственное, что мне приходит в голову…
Тренькнул телефон. Сантицо схватил трубку.
— Алло? — Внезапно он напрягся, вслушиваясь в голос на другом конце провода. Лицо его помрачнело. — Сейчас буду.
Он положил трубку.
— Несчастный случай. Мне срочно нужно бежать в операционную.
Встав, он повернулся к книжной полке.
— Вот вам. Несколько основополагающих монографий: «Программы мозга» Юнга, «Психология памяти» Бэдделея, «Память, закрепление образов и мозг» Хорна. Изучите. Завтра позвоните моей секретарше. Она подберет нам время для встречи. Мне действительно пора.
И Сантицо быстро направился к двери. Акира выскользнул из кресла, в котором сидел.
— Но вы начали говорить, что вы думаете…
— Зачем все это проделали с вами? Нет. Ничего не могу придумать, — ответил Сантицо уже у дверей. — Я хотел лишь сказать, что единственный, кто мог бы ответить на ваш вопрос, это хирург, который делал вам операцию.
Глава 6Им удалось получить номер в гостинице неподалеку от больницы. Заходящее солнце обволакивали облака смога. Сделав заказ — рыбу и рис для Акиры, бифштекс с жареной картошкой для Савиджа и Рейчел, — каждый из них взял по книге и в полном молчании углубился в чтение. Когда доставили заказ, они отложили книги в сторону и решили за едой, которую Савидж называл «подзаправкой», обсудить положение дел.
— Мне очень трудно разобраться в