Пятерка Мечей стр. 644
быть чрезмерно жидким, – усмехнулся он. – Это их портит!
После трапезы и долгой беседы гости ушли, а гетеры отправились спать. Фионика отчего-то не смогла сомкнуть глаз до самого утра. Она вспоминала Федру, не в силах сдержать слез. Лаэрт своим видом и родом занятий походил на Артиса. Возможно, это и привлекло к нему внимание Фионики. Федра была для нее матерью, сестрой и подругой в одном лице, оставив неизгладимый след в душе. Сходство между Артисом, возлюбленным Федры, и Лаэртом, решило судьбу последнего. Предостережения Федры не возымели действия!– Мужчина-воин горяч и страстен, как клинок в разгар боя, – говорила Федра. – Но у него есть один серьезный недостаток. Он-вечный заложник смерти. Если ты позволишь себе привязаться к нему, он разобьет тебе сердце.
Бессонная ночь сменилась беспокойным утром. Фионика не находила себе места,-она то смотрела часами на море, то ходила по комнатам из угла в угол. Гликера не могла понять, что происходит с подругой.– Тебе понравился Лаэрт?-наконец, догадалась она.-Не может быть! Я глазам своим не верю, – Фионика сохнет по угрюмому военачальнику! Не ты ли говорила, что нет такого мужчины, который способен увлечь тебя?
– Это говорила не я, – объясняла Фионика. – Это говорила женщина, которая еще не проснулась!
– И что теперь?
– Не знаю…
Через несколько дней к воротам их дома прискакал всадник в красном плаще. Это был Лаэрт. Он привез Фионике в подарок широкое золотое ожерелье, искусно сделанное, блестящее, как солнце.– Варвары иногда делают чудесные вещи!-сказал он, подавая ей украшение.-У них дикая и необузданная фантазия. Возьми это ожерелье! Оно никогда еще не украшало такую женщину, как ты… Жены варваров невежественны и похожи на неповоротливых овец,-они не в состоянии оценить эту красоту.
– Ты не очень учтиво отзываешься о женщинах,-заметила Фионика.-Наверное, они насолили тебе?!
Лаэрт искренне расхохотался.– Имеешь в виду, они пересаливают мою пищу? – спросил он.
– Вроде того! – улыбнулась Фионика.
– Скорее, все обстоит наоборот,-ответил он, притворяясь серьезным. – Это я им насолил, и теперь они очень сердиты на меня.
– Как это тебе удалось?
Лаэрт пожал сильными плечами, усмехнулся.– Видишь ли…я не приходил к ним на свидания… Очевидно, им это не понравилось! Суровая жизнь воина не располагает к изнеженности и любовным ухаживаниям. Поэтому мне приходилось обходиться малым.
Фионика не стала уточнять, чем именно.– Это твой военный трофей?-спросила она, примеряя ожерелье. Оно красиво легло на ее открытую грудь.
– Представь себе, да!-ответил Лаэрт. – Тебе нравится?
Гетера все больше привлекала его своими замедленными, как будто ленивыми движениями, плавно текущим разговором, загадочной улыбкой. Его неискушенное сердце дрогнуло…– У тебя неплохой вкус, – похвалила его Фионика. – Пойдем в дом, я сыграю тебе на арфе.
Лаэрт старался использовать каждый свободный момент, чтобы заехать к Фионике. Он попал к ней в плен так стремительно, что не успел этого сообразить. Они вместе ужинали и разговаривали, гуляли по берегу моря, купались… Лаэрту все труднее становилось уезжать от нее. И только накануне очередного военного похода, он понял, что его привязанность к Фионике нечто большее, чем приятная дружба.Военачальник впервые подумал о смерти. Он привык к ней, видя ее во всех видах на полях сражений. Но теперь смерть могла помешать ему вернуться с победой и трофеями, снова увидеть Фионику.– Может ли
быть, чтобы я полюбил ее?-в