Пятерка Мечей стр. 664
все равно, стучит она, или нет. Голова от бессонной ночи была тяжелая и чумная…
В семь утра зазвонил будильник, и господин Пономарев с неохотой встал, протирая глаза, поплелся в ванную. Постояв под душем минут десять, он пришел в себя. Проклятая ворона не давала покоя всю ночь!
По дороге на работу Артем вспомнил, что ему во время короткого забытья успел присниться какой-то сон. Будто бы он входит в подъезд театрального дома и долго, долго блуждает в пахнущем старой штукатуркой и котами лабиринте. Он ищет квартиру Динары, которая должна быть на первом этаже, но вместо дверей находит всюду провалы, ведущие в никуда. Из этих провалов клубится серо-голубой дым или туман, скапливающийся на втором этаже, так что остается видна только нижняя часть лестницы, почему-то залитая кровью. По лестнице кто-то спускается, волоча по ступенькам длинный атласный подол. Артем видит только голубое облако шелка и кружев, движущееся прямо на него. Громкий смех, оглушительно звучащий в гулком пространстве подъезда заставляет его вздрогнуть, и вот он уже видит бородатое, хохочущее лицо Вольфа. Злые глаза мага сверкают, подобно двум красным уголькам, а заросший черными волосами подбородок трясется от смеха…
Глава 35Утро после снегопада выдалось солнечное. Ярко-голубое небо блистало в вышине, как кашмирская бирюза. Под ногами поскрипывало. В воздухе стоял запах снега. У булочной два грузчика разгружали машину с хлебом. От лотков с румяными булками шел пар.
Людмила Станиславовна сегодня в первый раз надела светлое меховое полупальто, на которое потратила две зарплаты. Оно прекрасно смотрелось с черными полусапожками и изящной фетровой шляпкой. Госпожа Авдеева чувствовала себя удивительно легкой и радостно-взволнованной. Ей нравились белоснежные сугробы по бокам дороги, дома, выкрашенные в голубой, розовый и желтый цвет, чугунные завитки оград и фонарей, пушистые от инея ветки деревьев… Она с удовольствием вдыхала колкий морозный воздух, переживая давно забытое ощущение беспричинного счастья. Захотелось продлить это приятное состояние,
и женщина свернула в один из проходных дворов, весь заросший рябиной. На красные гроздья насыпался снег; среди них суетились синицы, клевали замерзшие ягоды.
Людмила Станиславовна так увлеклась, что едва не налетела на чей-то автомобиль, приткнувшийся в зарослях. От неожиданности, она вскрикнула…
– Людмила Станиславовна?
Низкий, бархатистый голос Никитского взбудоражил ее и без того обостренные нервы. Директор «Альбиона» приоткрыл дверцу своего авто, умело скрывая замешательство и растерянность.
– На работу торопитесь? – спросил он, прекрасно понимая, что этот старый проходной дворик расположен несколько в стороне от троллейбусной остановки и метро. – Садитесь, нам по пути!
Его глаза напряженно блеснули.
Госпожа Авдеева колебалась. Она тоже поняла, что увидела то, чего ей видеть не полагалось. Почему Никитский оказался здесь в такую рань? Как иногда странно складываются обстоятельства! Он явно заехал сюда, чтобы оставаться незамеченным, а она, как назло, забрела во дворик, чтобы полюбоваться зимней красотой этого уголка. Они встретились, но оба как будто не рады этому!
Людмила Станиславовна сумела удержать вертящийся на языке вопрос, что он тут делает, и уселась на переднее сиденье.
– Доброе утро, Людмила Станиславовна! – с подчеркнутой вежливостью произнес Никитский. – Простите, если я испугал вас.
– С какой стати мне вас бояться?
– Разумеется, для этого нет ни одной причины, поверьте мне, – серьезно ответил Дмитрий Сергеевич, выезжая на дорогу.
Он не стал