Библиотека

Пиковая Дама и другие стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

со столовой спальню, закрыв за собой двойную стеклянную дверь.

— Гриша себя неважно чувствует, — объяснила Анна Марковна и его дневное присутствие, и исчезновение.

— Я на минуточку зашла, Анечка. В Петровском пассаже есть китайские термосы. Я купила несколько, — соврала она. — Очень красивые. С птичками. Не купить тебе?

— Нет, спасибо. У меня один есть, и он мне совершенно не нужен, слава Богу. — В ее голове термос был связан с поездками в больницу, а не с загородными экскурсиями.

— Как Ирочка? — спросила Ася о внучке.

Ей не надо было каждый раз придумывать вопросов, она спрашивала последовательно о всех членах семьи, и обычно Анна Марковна коротко

отвечала, иногда увлекаясь и вкладывая в свои ответы подробности, предназначенные для более значительных собеседников. На этот раз первый же вопрос оказался удачным, потому что Ирочка вчера объявила, что выходит замуж, и вся семья, совершенно не подготовленная к этому, была взволнована и несколько огорчена. И поэтому Анна Марковна начала довольно пространно рассказывать об этом событии, располагая четко, в два столбца, его плюсы и минусы.

— Мальчик хороший, они дружат со школы, он тоже на втором курсе, в авиационном, учится хорошо, внешне ничего, но ужасно длинный, худой, в Ирку влюблен без памяти, звонит каждый день по пять раз, музыкальный — никогда не учился, пришел, сел за пианино, прекрасно, по слуху, любую мелодию подбирает. Семья, конечно, ты понимаешь… — Ася понимающе затрясла головой, — очень простая. Отец — домоуправ, инвалид. Говорят, попивает. — При этих словах Ася довольно уместно захихикала, а Анна Марковна продолжала:

— Но мать — очень приличная женщина. Очень достойная. Четверо детей, два старших мальчика в институте, младшие, близняшки, мальчик и девочка, прелестные… — У Анны Марковны все дети без исключения были прелестными. — Я их видела: чистенькие, опрятные, воспитанные. Сережкину мать я знаю давно, она работала в Ирочкиной школе секретарем. Ничего плохого, во всяком случае, про нее сказать не могу. Он, конечно, очень молодой, ни кола ни двора, их обоих еще долго тянуть надо, но не в этом дело. Гриша считает, что они должны жить отдельно. Снимать! Ты представляешь? Ирка, ей надо учиться, а она будет бегать за продуктами, стряпать, стирать, а то и родит… институт бросит! Да я себе этого не прощу!

Наконец Анна Марковна спохватилась, что всего этого Асе знать вовсе не надо. Но Ася сидела с наслаждением на черном дубовом стуле, оперши накрашенную щеку на руку, и счастливо улыбалась, и нетерпеливо дергала веками, выбирая зазор между словами Анны Марковны, чтобы сказать:

— Анечка, а пусть у меня они живут!

— Да ты что, Ася?! — всерьез отозвалась она, представив себе длинную Асину комнату на Пятницкои, в конце коленчатого коридора, возле кухни. Какая-то лавка старьевщика, а не жилье. Все стены в беспорядочно вбитых гвоздях всех размеров, на одном мужское пальто, на другом — блузка, на третьем — открыточка или пучок травы. Запах — невозможный, настоящее жилище сумасшедшего; и повсюду еще стопки газет, к которым Ася питала необъяснимое пристрастие…

Анна Марковна засмеялась, — как это она в первое мгновение об этом серьезно подумала?

Ася в ответ на смех тоже послушно засмеялась, а потом спросила:

— А почему нет? У меня и ширмочка есть. Я бы завтрак им готовила.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.