Пилот на войне стр. 45
до рукопашной…
Шираз отвернулся. Почесал надгубье. Усы, которые он отрастил на спор с командиром второго взвода, с непривычки здорово мешали. Никогда не любил волосы на лице — и тут на тебе.
«Болтают… и болтают, и болтают… одернуть, что ли? — Подумал он. — А, пусть их. Молодые, кровь кипит.»
Поверх всеобщего безудержного хвастовства лег голос Фируза. Пулеметчик отличался некрупным сложением, и голос был под стать. Но как в бою он умел накрыть огнём все поле, так и сейчас его слова покрыли легковесную трепотню.
— Слышишь, салага! Да-да, ты! — Вожделевший полковничьего меча боец обернулся. — Во-первых, не трещи, голова пухнет. Во-вторых, слушай больше всяких дебилов на гражданке. Сам подумай: за каким дэвом на поле боя меч?! В-третьих, ты хоть раз встречался с русским осназом?
— И что такого?! — Распетушился молодой. — Я уже все придумал! Всажу штурмовой бур вот сюда.
Он поднял руку.
— Подмышку, где бронепластины расходятся. Чисто. Как учили.
— Друг, мой тебе совет: забудь свои смешные приемчики. Целее будешь, — Фируз похлопал по цевью пулемета. — Вот твое оружие. Если «скорпион» бодается с противником на кулачках — это плохой «скорпион».
— Почему?!
— Потому, — Фируз усмехнулся и погладил шрам поперек носа. — Это значит, что «скорпион» потерял автомат и пистолет. Плохой «скорпион» — мертвый «скорпион». Пойми, парень, если тебе не повезет схватиться с полковником осназ врукопашную, он располосует тебя из «Тульского Шандыбина»! Ты не успеешь даже замахнуться своей ковырялкой! Стреляй, стреляй до последнего, на любой дистанции…
В этот момент завыла сирена. На плечи солдат опустились фиксаторы.
— Тишина! — Скомандовал Шираз. — К броску товсь!
Линкор «Кавказ»Орбита планеты С-801-7, система С-801Сражение было проиграно.
Дурак поймет. Доигрался главком Пантелеев! Атака групп «Буран» и «Шторм» на сомкнутые ордеры флота Конкордии окончилась ничем. В стратегическом смысле — ничем.
Так думал командир «Кавказа» капитан первого ранга Лукашенко, сидя в своем кресле на ГКП. Первый после Бога был мрачен. Наплевав на инструкции, он приказал заменить боевую атмосферу в пределах ГКП на повседневную, открыл шлем скафандра, вооружился трубкой и теперь дымил, вполуха слушая доклады.
Что еще оставалось?
Линкор отделался очень легко, все системы в строю. Они в теплой компании «Белоруссии», пяти фрегатов и авианосца-эскортника «Покрышкин» идут на помощь заслуженному старику «Пожарскому», который прикрывает фланг Интерфлота вместе с крепостями «Шлиссельбург» и «Орешек».
Идут… на самом деле, улепетывают во все лопатки!
Корма выкрашена беснующейся плазмой маршевых, скорость — 100М и продолжает расти! Даже силовой эмулятор не вполне справлялся. Капитан чувствовал, как его ощутимо прижимает к спинке кресла, а сладкий трубочный дым тащит к кормовой переборке.
Зато ни один флуггер не догонит.
Линкор умеет быть очень быстрым зверем.
Голос вестового:
— Товарищ капитан первого ранга?
— Ну?
Вот он, стоит под левую руку на почтительном удалении.
— Честное слово, вы бы шлем закрыли, ведь неровен час…
— Артиллерийский пост! Центральный вызывает! — Бросил в рацию капитан, отмахнувшись от вестового.
— Здесь!
— Доклад по второй башне ГК.
— Поворотный механизм уже в строю. А вот откатник, я боюсь, накрылся.
— Сережа… — грозно зашипел капитан. — Ты меня знаешь… Башня должна стрелять!
— Так, Пал Ростиславич… товарищу инженер-капитану Уварову вопрос, его диагноз…
Лукашенко отрубил трансляцию и попытался вызвать инженера. Тот не откликался.
— Кто-нибудь! Где Уваров?! Найдите мне это дитя велосипеда и старой маршевой дюзы! —