Пионерск (СИ) стр. 15
ущерб будет компенсирован.
Я приближаю к ней свое лицо.
— Анализ.
Ее губы пахнут слезами и страхом.
— Помогите… пожалуйста… я боюсь…
— Убрать эмоции. Диагностика неисправностей.
Ее резко, механически передергивает.
— Сбой в главном поведенческом цикле. Взлом третьего уровня защиты. Несанкционированный доступ к проприетарной информации компании.
Что за черт?
— Мне бы… — голос у парня словно покрывается тонкой маслянистой пленкой, пальцы на худеньких плечах «хозяйки» сжимаются и разжимаются, будто пухлые щупальца, — мне бы хотелось оставить себе именно эту… эту девчонку. А глюки — ну и черт с ними. Да. Черт с ними. И к черту диагностику.
Он отпускает плечи девушки и резко встает. А в следующий момент на мою голову обрушивается сильный и точный удар.
* * *Для непосвященных это здание имеет какое-то идиотское официальное название — клуб кибернетиков, или что-то вроде того. Ни разу не видела, чтобы сюда по собственной воле заходил хотя бы один гость. Но так, собственно говоря, и задумывалось. А под вывеской «клуба кибернетиков» работал пункт оперативного управления «хозяйками» — сокращенно ПОУХ. Старожилы утверждали, что изначально аббревиатура звучала иначе, и глядя на работоспособность работающих здесь ребят, в это было совсем несложно поверить.
— Салют, Славя, — поднимает руку в приветствии Шурик, старший в этой сладкой парочке, и единственный человек здесь. Странные предпочтения, да, но, как говорит Ольга, совершенно неважно, какого цвета кошка, главное, чтобы она ловила мышей. И если кошке больше нравится нежно-голубой цвет и крепкая мужская дружба с человекоподобным андроидом, это ее личное кошачье дело.
Я не спорила. Шурик и правда хороший специалист.
— Приветик. Нужно полчаса твоего драгоценного времени.
Как же хорошо отдохнуть иногда от этой прилипчивой улыбчивости! Какое блаженство, когда можно просто побыть собой — немного циничной угрюмой девушкой с неустроенной личной жизнью! Не все врубаются, к сожалению. Шурик, я точно знаю, не врубается.
— На диагностику куколки? — догадывается Шурик. «Куколка» — это его творчество, он так называет всех андроидов. Смешно в чем-то, но в конечном счете полезно. Нельзя забывать, что все наши подопечные — просто неотличимые от людей куклы. Иначе в один прекрасный день можно допустить ошибку и прикипеть к ним. Привыкнуть. Полюбить.
За такое наказывают, иногда — жестоко.
— Она самая. Та, которую вчера покромсали. Успели зашить?
Шурик ухмыляется. В руке у него початая бутылка. Из персонала, судя по всему, у нас тут бухает каждый второй.
— Может и да, — задумчиво говорит он. — А может и нет. Будешь?
— Ты же диагност, вам на смене пить нельзя!
— Я в первую очередь алкоголик. И только потом — диагност.
— Шурик, я серьезно!
— Да никаких проблем, на самом-то деле. — Он отставляет бутылку и деловито ерошит волосы. — Сняли всю грудную клетку, там один хрен все в ошметки, поставили новую. На левой ноге вывих — поменяли сустав. На голове, сканеры показали, гематома, может, даже трещина, но первичную диагностику прошла. А более тонкая настройка…
— Более тонкая — это ко мне, — соглашаюсь. — Веди уже, куда там.
Мы спускаемся на этаж ниже. Здесь уже никакой маскировки под пионерскую самодеятельность, огромное помещение, выполняющее функции хранилища, лаборатории и мастерской, выглядит скучно, масштабно и освещено безжалостными лампами дневного света. Корпоративный стиль.
Мы быстро проходим мимо нескольких рядов застывших по стойке «смирно» обнаженных