Пирамиды богов стр. 126
Он единственный пытался сопротивляться и успел уложить нескольких чилийских военных одной рукой, чем вызвал уважительную похвалу даже у руководства спецназа, которые всю дорогу в красках обсуждали особенности подготовки российских разведчиков.
Волк сплюнул на пол красный желеобразный сгусток.
— Жаль, что коренные зубы больше не отрастают.
Бетонные стены резонировали гулким эхом.
В помещение вошел Нойманн, за ним Гюнтер. Автоматчики расступились, продолжая держать цели на мушке.
Нойманн вытащил платок, протер стол и аккуратно положил сверху кейс, отстегнув при этом наручник. Далее он уселся на стул с облегченным выдохом, поддерживая больное колено.
Лис самопроизвольно дернулся в сторону заветного кейса, однако скованное в наручниках тело отпружинило обратно. Он внезапно подумал, что готов отгрызть себе руки, лишь бы высвободиться. От этой мысли стало по-настоящему страшно.
— Я знаю, что ты чувствуешь. Ты уже видишь их глазами?
Лис поднял взгляд на фиолетовую физиономию Нойманна.
— Что со мной происходит?
— Ключ выбрал тебя хранителем. Хочешь ты этого или нет. Я долго думал, почему это произошло, а потом обнаружил древние записи, в которых сказано, что от богов разило смертью. Возможно, ключ принял тебя за одного из них.
— Эй, парни, простите, что отвлекаю, вы явно что-то перепутали. Мы простые туристы. Взгляните в наши паспорта, и, кстати, вы нам должны деньги за пропащие билеты, — сказал Волк.
Нойманн смотрел на Лиса, не моргая.
— Я бы все отдал, чтобы поменяться с тобой местами.
Лис слышал слова, но не понимал их смысла. Сквозь толстые стены кейса к нему взывали черные глаза идола. Он вновь слышал музыку. Она заполнила все вокруг. На душе стало спокойно и тепло.
— Все, что ты говорил про письмо — ложь. Карл Смит все эти годы сидел у тебя в психушке, — сказал Рамон.
Нойманн облокотился на сидение и закинул ногу на ногу. Солнечный зайчик мелькнул Рамону в лицо, отражаясь от начищенных до блеска туфель.
— Карла Смита придумал я.
— Это не правда. Он был другом моего отца!
— Джеймса Гаррисона мне прислало в помощь мои друзья из МИ6. Я придумал ему легенду и назвал в честь Карлайла Смита, одного из исследователей острова Пасхи. Это имя помогло Джеймсу в Чили обнаружить записи настоящего Карла Смита, которые тот сделал во время экспедиции в пятидесятых. Он много месяцев рисовал карту подземных пещер. А для того чтобы отыскать самого идола и не привлечь внимание мне требовался археолог с репутацией бездарного неудачника. Рауль Весге оказался идеален.
— Не смей так говорить о нем!
— Ты, правда, веришь, что твой глупый папаша сам обнаружил величайшую находку тысячелетия? Я двадцать лет изучал древние записи, чтобы найти ключ. Передал все Джеймсу. Остальной было делом техники британского шпиона. Стать другом того, у кого никогда не было друзей, оказалось не сложно. Но твой глупый отец не послушал предупреждений Джеймса, вцепился в ключ своими руками, подписав себе смертный приговор.
Рамон был в отчаянии.
— Это не правда…
— Я не желал ему смерти. Мы пытались ему помочь. Я даже приказал Джеймсу организовать подставное похищение, но для Рауля было уже поздно. Кстати, наш дорогой друг из России чуть все не испортил.
По щеке Рамона прокатилась слеза.
— Единственной моей ошибкой стало, то, что я недооценил этого напыщенного англичанина. Он вечно
твердил про