Пиранья. Бродячее сокровище стр. 274
«Ах ты ж, зараза, – с ласковой брезгливостью подумал Мазур. – Я тебе ни словом не обмолвился насчет того, где, в каком районе города располагается мое временное пристанище, а сам ты ни разу не спросил – но уверенно чешешь на полной скорости в правильном направлении, к западу, к холмистой окраине Чакона, чрезвычайно напоминающей Ялту своими извилистыми крутыми улочками, карабкающимися все выше, обилием зелени и морской гладью на горизонте... Как по ниточке летишь... Вот кое-что и проясняется...»
– Остановите здесь, – сказал он решительно.
– Почему?
– А давайте-ка надежности ради подойдем к дому кружным путем, – сказал Мазур. – Там есть обходная дорожка... Мало ли что, вы уверены, что у вас нет конкурентов? Мне пару раз показалось, что следом топотали какие-то подозрительные типы.
– Ну ладно, – сказал Ронни, секунду подумав. – Только без фокусов, убедительно вас прошу...
Он запер машину, и оба направились по утоптанной тропинке в небольшую рощицу, прошли меж высоких глухих заборов, обогнули еще парочку домиков, оказались перед железной изгородью, опутанной чем-то вроде плюща. Мазур огляделся, открыл тронутую ржавчиной калитку:
– Прошу.
Отпер заднюю дверь, распахнул:
– Ну вот и пришли...
– Идите-ка первым, – сказал Ронни, определенно напрягшись.
Пожав плечами, хмыкнув, Мазур первым вошел на крохотную кухоньку, мимоходом прихватив из шкафчика бутылку виски, содовую и два стакана – австралийцы, знаете ли, отличаются гостеприимством – прошел в столь же крохотную гостиную. Плюхнулся в старое кресло, вытянув ноги, сказал безмятежно:
– Располагайтесь, старина. Плесните себе виски. У меня нет холодильника, так что не обессудьте, придется с содовой...
Заглянув в соседнюю комнату, в спаленку – а больше в домишке и не имелось апартаментов – Ронни прошел к столу, плеснул себе на добрых три пальца, игнорируя содовую. Сделал жадный глоток и, не садясь, поторопил:
– Ну! Где пленки?
Развалившись в кресле, вольготно вытянув ноги и держа стакан на весу, Мазур улыбнулся ему открыто и доброжелательно:
– Бог ты мой, куда вы так спешите? Можно подумать, вы – похотливый шейх, а я – новая наложница... Давайте выпьем, побеседуем, как подобает серьезным людям. Я вам что, мальчик на побегушках?
Ронни нехотя опустился в соседнее кресло, отставил стакан. Его рука уверенным движением отбросила полу светлого пиджака. Наперед предугадывая такой ход, Мазур цедил виски, лениво глядя, как на свет божий появляется увесистый револьвер с коротким дулом, серьезного калибра. Он поморщился, не двигаясь с места:
– Ронни, вы так давно здесь, надо полагать, и тем не менее, таскаете подмышечную кобуру... Среди настоящих мужчин это не принято категорически...
– Бросьте мне вашу пушку, Джонни, – с напряженной улыбкой, твердым голосом распорядился Ронни, держа его на прицеле. – Тем более что это, строго говоря, мояпушка. Собственные денежки выложил.
– Ну, денежки, предположим, были казенные, а? – сказал Мазур, извлек «Таурус», держа его указательным пальцем за скобу, перебросил собеседнику. – Извольте, мы люди честные, чужого нам не надо.
– Встаньте-ка, повернитесь... Чтобы я мог убедиться, что второго у вас нет.
– Да ради бога, ради бога... – сказал Мазур. – Так? – он распахнул пиджак, медленно крутанулся на месте. – Штаны не заставляйте снимать, а? Я и перед бабами-то стриптиз не исполняю, а уж тем более перед мужиками...
– Ладно, садитесь, – Ронни сунул бразильскую пушку в