Письма смерти стр. 165
на руку Хань Хао.
Следующим на очереди был Пэн Гуанфу.
Сюн Юань рухнул наземь. Благодаря могучему здоровью и крепкому телосложению, он умер не сразу. Однако страшная рана на горле лишила его возможности сказать хоть слово. Все что он мог, это, широко распахнув глаза, сверлить Хань Хао яростным взглядом.
У Хань Хао не хватило мужества добить Сюн Юаня. Он бросился во тьму шахты, словно пытаясь сбежать из своего личного ада, но в то же время погружаясь в него еще глубже.
Взгляд Сюн Юаня преследовал его и там. Жгучий стыд и отвращение к себе набатом отзывались в голове, туманили разум. Поэтому, когда навстречу ему внезапно вышел Инь Цзянь, Хань Хао не сразу узнал его. Действуя рефлекторно, он бросился в драку. В ходе схватки Инь Цзянь испачкался кровью Сюн Юаня, брызги которой остались на руках его убийцы. Именно по этой причине на селекторе коробки передач в полицейской машине оказались следы крови.
Когда опергруппа домчалась до больницы, Инь Цзянь, уже при нормальном освещении, быстро обнаружил кровь на своей руке, и в его голову тут же закралась пугающая догадка. Он упрямо отказывался верить своим выводам, к тому же не мог найти ни одного логичного объяснения такого поступка начальника.
Все это Инь Цзянь держал в себе. Хань Хао был для него не только руководителем, но также и кумиром и наставником. Мысль о том, что этот идеальный образ разрушится на его глазах, была для него невыносима, поэтому он предпочел помалкивать о своих подозрениях.
Позднее на совещании Лю Сун поднял вопрос о следах крови, наделав шуму. И когда Хань Хао сочинил правдоподобное объяснение этому факту, Инь Цзянь остался нем как рыба.
Но Хань Хао больше не мог замалчивать происходящее. Он понимал, что Инь Цзянь обо всем догадался и заморочить ему голову уже не получится. Поэтому Хань Хао немедленно устроил с ним разговор с глазу на глаз, в ходе которого выложил своему помощнику все как есть. Поскольку Инь Цзянь был глубоко привязан к своему начальнику, он пообещал держать язык за зубами. Но в то же время категорически отказался мириться с тем, что тот продолжит свой путь по наклонной, поэтому выдвинул свое требование: Хань Хао должен немедленно сложить с себя обязанности руководителя специальной следственной группы, чтобы вновь не стать орудием в руках противника.
Однако Хань Хао уже не мог остановиться — преступник, известный как Эвмениды, не оставили «рыбке» и шанса сорваться с крючка. Еще до утреннего совещания группы он связался с Хань Хао по телефону. И этот звонок решил все.
— …В шахте была установлена видеокамера. Все, что произошло там до взрыва, записывалось и тут же передавалось на мой компьютер. Поэтому тебе придется продолжить свое участие в игре, хочешь ты того или нет.
— …Да, я знаю, что тебе не под силу убить Дэн Хуа. Его постоянно окружают телохранители, так что никто не сможет незаметно подобраться к нему и нанести удар. Разве буду я вынуждать начальника угрозыска совершать убийство на глазах у всех? Нет, я никогда не выдвинул бы такое неразумное требование. Я не хуже тебя понимаю, что ты никогда на него не согласишься.
— …Мне всего лишь нужно, чтобы ты немного помог.