Питомец «Ледового рая» стр. 143
перечисляться на закрытый счет. Кстати, деньги заработанные в минувшей операции, можете оставить себе. Заплатив налоги, разумеется. Считайте, это ваше вознаграждение.
— И мне придется стучать на своих сослуживцев?
Капеллан усмехнулся:
— У тебя превратное мнение о службе безопасности, мой мальчик. Мы — не тайная полиция, борющаяся с политическими врагами. На своих сослуживцев ты будешь доносить только в том случае, если они станут врагами и их нельзя будет уничтожить сразу в силу оперативной обстановки. Понятно тебе?
Этот новый переход на «ты» со стороны Тихорьянова был совсем иным, чем в первый раз. Тогда это было все что угодно, но только не тон коллеги. Так мог хозяин обращаться к своему роботу-уборщику, если в машину заложили мозги. Теперь это была речь соратника, старшего брата, товарища по оружию.
— А вы знаете, господин капеллан. Я, пожалуй соглашусь.
Тихорьянов затушил окурок в пепельнице и понимающе улыбнулся:
— Вот и правильно. Сейчас ты пойдешь в канцелярию лагеря, в особый отдел, к лейтенанту Солдатову. Он оформит все необходимые документы. Потом вернешься ко мне.
58
Через сорок минут Кирилл снова стоял перед Маркелом Тихорьяновым.
— Господин майор! Агент Артуз по вашему приказанию прибыл.
— Вольно, агент Артуз. У нас в службе безопасности не принято стоять на вытяжку перед начальством. Ну разве когда тебя начальство распекает. В иных случаях это считается дурным тоном.
Кирилл расслабился, отставил левую ногу и заложил руки за спину.
— И вообще стоять не принято. Ну разве когда получаешь приказ. Присаживайся!
Кирилл сел на знакомый стул.
— Я тебе хочу сказать только одно. Если когда-нибудь ты встретишь того, кто стучал на тебя, не убивай его. Помни о том, что человек не всегда сам принимает решение. Иногда его заставляют обстоятельства. Или люди. Сейчас тебе этого не понять, потому что ты молод. Потом поймешь. Просто поверь мне.
«Поверить-то я поверю, — подумал Кирилл. — Сам через это уже дважды прошел. Но понять людей, которые подменяют собой обстоятельства, — вряд ли. Я бы даже сказал, что они не подменяют, а подминают обстоятельства».
— В нашей работе много неприятных моментов, — продолжал капеллан. — Но есть одно и главное достоинство. Мы первыми вступаем в борьбу с врагом. Это во все времена было главной особенностью служб безопасности. Один наш человек может спасти тысячи бойцов, и это гораздо важнее, чем все наши неприятности. Но и ошибки наши тоже весомы. Они, в свою очередь, могут привести к тысячам смертей. Запомни это, агент Артуз!
— Да, господин майор! Я это запомню.
— Тогда поздравляю с выполнением твоего первого задания. — Тихорьянов поднялся из-за стола — Ну вот, мой мальчик, все
и закончилось. Ты выполнил свое первое задание. Под угрозой собственной гибели раскрыл ячейку разведывательной сети противника и с честью вышел из сложной ситуации, проявив мужество и находчивость.
Кирилл подумал, что именно его «мужество» больше всего и пострадало при выполнении задания. Однако это были не те мысли, с которыми стоило бы знакомить начальство.
— Вопросы есть?
Кирилл подумал секунду. Вопросы были, не было уверенности, что он получит на них ответы. Но попытка — не пытка…
— Вы сказали, разведывательная сеть противника… Значит, такая сеть существует?
— Да, существует, — сказал капеллан.
— И война все-таки начнется? А эти звери на Незабудке…
— Не верится про войну, правда? Кажется,