Плач в ночи стр. 100
Крюгер, не подходите!
Но Дженни не могла стоять на месте. Кричал Джо.
Он был в стойле: скорчился у задней стенки, отчаянно пытаясь увернуться от копыт. Барон поднялся на дыбы, глаза его вращались, а острые, с металлическими подковами копыта молотили по воздуху. Голова Джо кровоточила, одна рука безвольно свисала вдоль тела. На глазах у Дженни он сполз на пол, и передние ноги Барона обрушились на его грудь.
— О господи, о господи! — Она расслышала собственный голос: плачущий, молящий, упрашивающий. Ее оттолкнули в сторону.
— Уйди с его дороги, Джо. Я буду стрелять.
Когда копыта вновь поднялись в воздух, Клайд прицелился. Резкий выстрел, вслед за ним - визгливое, протестующее ржание; на секунду Барон застыл в воздухе, словно статуя, и рухнул на солому.
Джо каким-то образом удалось прижаться к стене, увернувшись от сокрушительного веса падающего коня. Теперь парень лежал неподвижно, с трудом ловя воздух, его глаза остекленели от шока, а рука гротескно искривилась. Швырнув винтовку на землю, Клайд подбежал к нему.
— Не трогайте его! — закричала Дженни. — Вызовите «скорую». Быстрее.
Обойдя тушу Барона, она опустилась на колени рядом с Джо, гладя его по лбу, вытирая кровь с глаз, прижимая ладонь к зияющей ране у корней волос.
С полей прибежали работники.
Дженни услышала всхлипы. Мод .
— Джо, Джо...
— Ма...
— Джо...
Приехала «скорая». Умелые санитары в белом приказали всем отойти. А потом Джо лежал на носилках, с закрытыми глазами и мертвенно-бледным лицом. Один из санитаров тихо прошептал:
— Кажется, отходит.
Мод пронзительно завопила.
Джо раскрыл глаза, и его взгляд застыл на Дженни. Растерянно, но удивительно четко он произнес:
— Я никому не разболтал, что видел, как вы садились в машину той ночью, честно.
Забираясь в «скорую», Мод обернулась к Дженни.
— Если мой мальчик умрет, это твоя вина, Дженни Крюгер! — прокричала она. — Будь прокляттот день, когда ты приехала сюда! Пусть Бог проклянетвас, женщин Крюгеров, за то, что вы сделали с моей семьей! Будь проклят твой ребенок, чей бы он ни был!
«Скорая» умчалась прочь, ее сирена разорвала покой летнего утра.
Через несколько часов вернулся Эрих. Он зафрахтовал самолет, чтобы привезти хирурга из клиники «Мэйо», и вызвал по телефону частных сиделок. Потом ушел в стойло и скорчился рядом с Бароном, поглаживая прекрасную точеную голову мертвого коня.
Марк уже проанализировал бадью с овсом. Отчет гласил, что в овес попал стрихнин.
Позже у парадного входа объявился шериф Гундерсон на уже знакомом служебном автомобиле.
— Миссис Крюгер, полдюжины человек слышали, как Джо говорил, что никому не рассказал бы, как вы садились в машину той ночью. Что он имел в виду?
— Не понимаю, о чем он.
— Миссис Крюгер, недавно вы присутствовали при том, как доктор Гарретт делал выговор Джо за то, что парень оставил крысиный яд рядом с овсом. Вы знали, какое действие это оказало бы на Барона. Вы слышали, как доктор Гарретт предупреждал Джо о том, что из-за стрихнина Барон взбесится.
— Это вам сказал доктор Гарретт?
— Он сказал, что Джо небрежно обращался с крысиным ядом, и что, когда он устроил ему за это разнос, присутствовали вы с