Плач в ночи стр. 116
Дженни, я беспокоюсь. Я позабочусь о тебе. Но Эмили - сплетница. Слова Тины уже известны всему городу, — Эрих обнял жену. — Слава богу, Руни - ненадежный свидетель, а Тина еще маленькая. Иначе...
Дженни попыталась отодвинуться от мужа, но он крепко держал ее. Его голос был таким мягким, таким гипнотически тихим:
— Дженни, я ужасно боюсь за тебя. Все заметили, как сильно ты похожа на Каролину. Люди узнают, что сказала Тина. О, родная моя, разве ты не понимаешь, что они скажут?
Скоро она проснется и вернется в свою квартиру. И Нана ей скажет: «Слушай, Дженни, ты снова говоришь во сне. Видно, у тебя был кошмар. Ты слишком много думаешь, дорогая».
Но Дженни не в квартире. Она в этой холодной гостиной, заставленной мебелью, и слушает невообразимые предположения: будто люди могут подумать, что она убила собственного ребенка.
— Дженни, проблема в том, что ты действительноходила во сне. Сколько раз девочки спрашивали, почему ты не говоришь с ними, когда по ночам заходишь в их комнату? Вполне возможно, что ты была в комнате малыша, гладила его по лицу. Тина не поняла, что именно она увидела. Ты сама сказала доктору Элмендорфу, что у тебя галлюцинации. Он звонил мне по этому поводу.
— Он звонил тебе?
— Да. Он встревожен не на шутку. Говорит, ты отказалась встретиться с психиатром.
Дженни устремила взгляд мимо Эриха, на портьеры. Кружева походили на паутину. Когда-то она сняла эти портьеры, безотчетно стараясь изменить удушающую атмосферу этого дома. А Эрих снова повесил их.
Сейчас Дженни казалось, что портьеры смыкаются вокруг нее, опутывают ее, душат.
Душат. Она закрыла глаза, отгораживаясь от воспоминаний о том, как ручки Тины закрывают кукольное лицо, вжимаются в него.
Галлюцинации. Могла ли она вообразить лицо, ощущение волос, свисающих над кроватью? Она воображала это столько ночей подряд?
— Эрих, я так запуталась. Я больше не знаю, что реально. И что было реальностью. Но теперь мне нужно уехать. И забрать девочек.
— Дженни, это невозможно. Ты слишком расстроена. Ты не можешь остаться одна, ради собственного блага, ради их блага. И не забывай, по закону девочки - Крюгер. Они такие же мои дети, как и твои.
— Я их мать, их родная мать и опекун.
— Дженни, пожалуйста, запомни вот что. В глазах закона у меня в точности столько же прав на них, как у тебя. И поверь, если ты когда-нибудь бросишь меня, я получу опекунство. Ты думаешь, с твоей репутацией в этом городе хоть один суд отдаст детей тебе?
— Но они мои!Малыш был твоим, а ты даже не дал ему своего имени. Девочки мои, а ты хочешь их. Почему?
— Потому что хочу тебя. Что бы ты ни наделала, как бы ни болела, я хочу тебя. Каролина хотела бросить меня, но, Дженни, тебя я знаю. Ты никогда не бросишь своих детей. Вот почему мы всегда будем вместе. Прямо сейчас мы начнем все заново. Сегодня я перееду обратно к тебе в комнату.
— Нет.
— У тебя нет выбора. Прошлое мы оставим позади. Я больше ни разу не упомяну о мальчике. Буду рядом, чтобы помочь тебе, если ты начнешь ходить во