Плач в ночи стр. 71
спрашивает? Может, он слишком чувствителен и понял, что она скрывает от него что-то?
— Сегодня надела в первый раз, честное скаутское.
Звонок в дверь был долгожданной помехой. У Дженни уже начало пересыхать во рту. «Выходит так, что я боюсь выдать себя, и неважно, что при этом говорит Эрих», — подумала она.
Марк был в крапчатом пиджаке, который отлично на нем сидел, подчеркивая седину, широкие плечи и силу высокого худощавого тела. Женщине рядом с ним было около тридцати: хрупкая, с широко раскрытыми любопытными глазами и русыми волосами, которые доходили до воротника ее хорошо скроенного коричневого бархатного костюма. Дженни решила, что Эмили производит впечатление человека, в жизни ни на секунду не усомнившегося в себе. Она откровенно оглядела Дженни с головы до ног.
— Вы же понимаете, что всем в городе я должна отчитаться о том, какая вы; любопытство бьет через край. Мать дала мне список из двадцати вопросов, которые я должна осторожно вплести в разговор. Вы, по правде говоря, не баловали общество своим присутствием.
Не успела Дженни ответить, как рука Эриха скользнула ей на талию.
— Если бы мы уехали в круиз на два месяца в качестве свадебного путешествия, никто бы и слова против не сказал. Но, как говорит Дженни, так как мы решили устроить медовый месяц в собственном доме, Грэнит-Плейс в ярости оттого, что я не разбил лагерь в нашей гостиной.
«Я никогда такого не говорила!» — беспомощно подумала Дженни, заметив, как сощурилась Эмили.
За коктейлем Марк дождался, когда Эрих и Эмили увлекутся разговором, и заметил:
— Ты бледная, Дженни. Как себя чувствуешь?
— Все отлично! — Она постаралась, чтобы это прозвучало убедительно.
— Джо рассказал о своем псе. Я так понимаю, ты очень расстроилась.
— Наверное, мне нужно понять, что здесь все по-другому. В Нью-Йорке мы, горожане, дружно рыдаем над бродячей собакой, которую должны прикончить. А потом является кто-нибудь, чтобы приютить ее, и мы все в восторге.
Эмили оглядывала комнату.
— Вы ничего не поменяли, да? — спросила она. — Не знаю, сказал ли вам Эрих, но я дизайнер по интерьерам, и на вашем месте избавилась бы от портьер. Они, безусловно, прекрасны, но слишком закрывают окна, и вы лишаетесь этого замечательного вида.
Дженни ждала, что Эрих встанет на ее защиту.
— Видимо, Дженни не согласна с тобой, — вкрадчиво сказал он. Голос и улыбка его были снисходительны.
«Эрих, это нечестно», — в ярости подумала Дженни. Стоит ли возразить ему? Первая из четырех поколений женщин Крюгер, кто устроил сцену перед наемным работником. Как насчет сцены перед друзьями? Что там говорит Эмили?
— ...И если я не переставлю вещи, то не успокоюсь, хотя, может, вам это безразлично. Я так понимаю, вы тоже художница.
Момент был упущен. Поздно исправлять впечатление, которое создал Эрих.
— Я не художница, — отозвалась Дженни. — Моя специальность - изобразительные искусства. Я работала в галерее в Нью-Йорке. Там и познакомилась с Эрихом.
— Слышала об этом. В наших краях ваш ураганный роман произвел настоящую сенсацию. И как наша сельская жизнь по сравнению с Нью-Йорком?
Дженни осторожно подбирала слова. Нужно изменить то впечатление, которое Эрих создал о ней -