Плач в ночи стр. 84
«Пальто, — подумала Дженни. — Конечно же, ключ был в кармане пальто». Она сообщила об этом прокурору.
Тот поднял что-то в руке: ключ, на кольце которого были ее инициалы — Д.К. Тот самый ключ, что дал ей Эрих.
— Это ваш ключ?
— Похож на мой.
— Вы давали его кому-нибудь, миссис Крюгер? Пожалуйста, скажите правду.
— Нет, не давала.
— Этот ключ был обнаружен в руке Кевина Макпартленда.
— Это невозможно.
Вызванная в качестве свидетельницы, Мод безрадостно и твердо повторила ту же историю, что слышала Дженни:
— Он сказал, что бывшая жена хочет с ним повидаться, и я показала дорогу. В дате я точно уверена. Он пришел на следующий день после того, как убили собаку моего сына.
На месте свидетеля Клайд Тумис смущался и запинался, но был терпелив и честен:
— Я сказал жене, что у нее есть хорошее зимнее пальто, чтоб носить каждый день. Отругал ее за то, что приняла чужое пальто. Я сам повесил этот малиновый пуховик в шкаф в холле, рядом с кухней, в доме Крюгеров; повесил его в тот же день, как жена явилась в нем домой.
— Миссис Крюгер было известно об этом?
— Знать не знаю, как она могла проглядеть. Шкаф не шибко большой, да и повесил я его рядом с лыжной курткой, в какой она все время ходит.
«Я не заметила», — подумала Дженни, но и сама знала, что, может, просто не обратила внимания.
Эрих тоже давал показания. Вопросы, которые ему задавали, были краткими и почтительными.
— Мистер Крюгер, вы были дома вечером в понедельник, девятого марта?
— Вы сообщали о своих планах провести тот вечер в хижине, занимаясь живописью?
— Вам было известно, что ваша жена поддерживает связь с бывшим мужем?
Эрих словно говорил о незнакомом человеке. Его ответы были отстраненными и беспристрастными, он взвешивал каждое слово.
Сидя в первом ряду, Дженни наблюдала за ним. Он ни разу не встретился с ней взглядом. Эрих, который терпеть не мог даже говорить по телефону; Эрих, который был одним из самых скрытных людей, каких она знала; который отдалился от нее потому, что расстроился из-за звонка Кевина и ее встречи с ним.
Следствие было окончено. В завершение коронер сообщил, что большой синяк на правом виске покойного мог появиться в результате удара во время аварии, либо его могли ударить до этого.
Официальное решение гласило: смерть от утопления.
Но, покидая здание суда, Дженни знала, какой вердикт вынесло общество. В лучшем случае она была женщиной, которая тайно встречалась с бывшим мужем.
В худшем случае она убила его.
В течение трех недель после следствия совместные ужины с Эрихом проходили по одному и тому же шаблону. Он ни разу не заговорил с Дженни напрямую, только с девочками. Обычно он говорил нечто вроде: «Динь-Динь, попроси мамочку передать рулеты». При этом тон его неизменно был теплым и нежным. Уловить напряжение между ними могли бы только чуткие уши.
Уложив девочек в постель и спускаясь вниз, Дженни никогда не знала, застанет ли мужа. Она размышляла о том, куда он уходит. В хижину? К друзьям? Спросить она не осмеливалась. Если он и оставался ночевать в