Библиотека

Пламя Сердца Земли стр. 192

Размер шрифта
-
+
Тема

старый пень, бессмертный… но как раз для таких гадёнышей… придумали пожизненное заключение…

И из груды гипсовых завитушек, присыпанных опилками красного дерева, выбрался грозно насупленный Граненыч, а за ним показалась макушка царя в смятой и похожей теперь больше на самый дорогой в мире шутовской колпак короне.

– Держите… его…

– Видишь… – прохрипел Агафон, выдирая себя из-под расколовшейся надвое резной балки. – Против тебя… я тоже кое-чего стою… мой щит сработал…

– Ну… что скажешь… братец? – усмехнулся дед и нащупал рядом с собой камень потяжелее.

Костей свирепо зарычал от злобы и бессилия, дико оглянулся и вдруг рванул по засыпанным мусором ступенькам наверх. Туда, где на одной балке и честном слове висели остатки балкона. И где на балконе, словно пиратский флаг, вяло колыхался на сонном вечернем ветру черный ковер, оставленный дедом Зимарем.

– Стой, подлец!.. – Граненыч рванулся из своей красной горки как феникс из пепла, но так просто ее было не раскидать. – Уйдет же, уйдет, кошкин сын!..

Не оглядываясь и не удостаивая полузасыпанную компанию больше ни единым словом и звуком, колдун сосредоточено перепрыгивал с балки на камень и с камня на лепнину, стремясь во что бы то ни стало добраться до ковра прежде, чем кто-нибудь успеет первым добраться до него самого.

– Уйдет же, Агафонушка, уйдет, как в воду канет!..

– К-кабуча!!! – весело и яростно взревел юный маг и, не задумываясь о последствиях, метнул в Костея свою любимую, но невыполнимую «Ледяную фигуру».

Поскользнется, свалится, тут мы его и загребем тепленького…

Ярко-алые лучи вырвались из кончиков пальцев чародея и ударили в спину колдуна, уже почти добравшегося до вожделенного ковра…

Все пространство заполнили ослепительно-серебряные искры, раздался звук, словно покончила жизнь самоубийством хрустальная ваза, люди ахнули…

Осколки ледяного тела Костея сверкающей лунной дорожкой устилали заваленную обломками самого роскошного аудиториума в мире лестницу из шестидесяти ступенек.

За проломом раздалось натужное, беспорядочное хлопанье гигантских крыльев, и над краем стены, оскалившимся уцелевшими камнями, показались три змеиных головы. Один взгляд трех пар глаз на открывшуюся картину разгрома – и умная Змея поняла всё.

Тройная струя кипящего жидкого пламени вдоль лестницы, превратившейся после этого в детскую горку из расплавленных камней, довершили победу. С бессмертием тела, натворившего столько зла, было покончено, и бессмертная душа Костея легким паром унеслась туда, где ей было самое место.

– И… это всё? – недоверчиво оглядывая скользкую каменную дорожку на месте лестницы, проговорил Граненыч.

– Похоже, – всё еще не веря собственным глазам, ушам и прочим органам чувств, включая подозреваемое шестое и не открытые еще седьмое, восьмое и восьмое-бис, ответил Агафон.

– Как – всё?!..

– Что значит – всё?!..

– И после этого они называются друзьями!!!..

И тут же, вслед за возмущенными голосами откуда-то из-под пола, потому что дверной проем и коридор сгинули бесследно, вылезли запыхавшиеся, чумазые, но смеющиеся Серафима, Иван, Саёк, а за ними – целый спасательный отряд, все с мечом в одной руке и с лопатой – в другой, ведь в таких ситуациях никогда не знаешь, какого рода спасение потребуется попавшим в беду.

К счастью, мечи пришлось отложить и заняться раскопками и оказанием первой помощи.

– Костеевцы, – не унимался дед Зимарь, пока дружинники извлекали его из-под выщербленной, треснувшей, но всё еще прочной и, самое главное, тяжелой, малахитовой столешницы кафедры. –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.